Книга Лавка «Любовные снадобья», страница 104 – Татьяна Ма

До слез растроганная заботой санстормовцев о ее свободе Лиза, однако, понимала, что без нее им не справится, а справиться нужно было до утра во что бы то ни стало. Ведь на завтрашнее утро мэриня потребовала заседание Советни. И что-то Лизе подсказывало, что откладывать и ждать, пока исчезнет последняя улика спасения Лизой города, мымриня не будет.

— Странно, что ее самой здесь нет, – произнесла Лиза вслух.

— Кого? – спросил стоявший рядом Ричард.

— Да мымрини. Неужто она не пронюхала, что в центре города происходит?

— Твоя правда, ведьма, не могла она не узнать, – нахмурился Ричард. – Неужто снова какую мерзопакость задумала?

Лиза решила, что будет решать проблемы по мере их возникновения, а потому отправилась помогать горожанам. Дотронулась до застывшей жижи на кусте роз – та и исчезла, а цветы снова заалели-закраснели. Посмотрела на обгорелую стену когда-то красивого сиреневого домика – стена тут же приобрела прежний вид.

Сил восстановить все целиком и сразу у Лизы не хватало, а потому действовала она поступательно: то тут колдовьем поможет крышу залатать, то там ведьмовством подсобит стекла вставить, то щелчком пальцев быстренько сметет остатки опилок или сажи.

Так и провозились они до рассвета, измучились, но успели к первым лучам солнца. Ричард на пару с отцом помог потушить переносные огневцы, погасил факелы да задул свечи. Сгоревшая и загаженная улица снова была идеально чистой. Не в чем теперь Лизу обвинить.

Она довольно потянулась – устала. Теперь можно и в тюрьму возвращаться. Довольные проделанной работой горожане пожимали друг другу руки, собираясь разойтись по домам.

— Ричард, – позвала Лиза огнеборца. – Проводишь в башню меня?

— Лучше домой, – предложил он.

— Нет, все-таки в башню.

Не успели они и шагу ступить, не успели люди домой отправиться, как площадь огласил душераздирающий вопль, а потом вползло что-то несусветное. Вскоре крики послышались со всех сторон.

— Что там такое? – растолкал людей Ричард, пробиваясь к центру.

Лиза протиснулась за ним и увидела: прямо посреди площади на ноги поднималась груда потрепанного тряпья, а из тряпья этого выглядывало бледное мэринино лицо. Лицо открывало рот и истошно орало, только изо рта ее, вместо языка, вывалилось длинное змеиное жало. На голове, вместо всегда такой пахучей шляпы из спелых ягод, макаронинами теперь висели и извивались дождевые черви.

— Фуууу, – ужаснулась Лиза.

Женщины от испуга взвизгивали, а те, что посмелее, подхихикивали. Лиза перехватила ошарашенный взгляд всегда такого беспечного Дамми. Нельзя так. Все-таки мымриня ему мать. Лиза щелкнула пальцами – змеиное жало исчезло, однако черви на голове мымрини остались.

— Твоих рук дело! – вернув дар речи, тут же завопила мэриня. – Ведьма неумелая! Это все ты!

— Не при чем тут я! – растерянно посмотрела на окружающих Лиза.

— Как же, не при чем?! – орала мэриня. – У нас ведьм больше нету!

— Это не я. – Лиза посмотрела на Дамми, потом на Бьюти. – Меня же при вас арестовали, когда бы я успела с мымриней такое сотворить?

— Дурное дело – хитрое, да недолгое! – исходила ядом мэриня.

— Мам, не могла Лиззи такое сделать, – подал голос Дамми. – Ее стражня при мне забрала.

— А потом она здесь, со всеми была! – поддакнул кто-то из толпы.