Книга Лавка «Любовные снадобья», страница 110 – Татьяна Ма

— Но ты же Кортни, – горько сказал Ричард.

— Ну, Кортни. Какая разница? Я такая же, как все.

— А твоя бабка была другого мнения.

— Ее проблемы, – пожала плечами Лиза. – К тому же я уверена, что все это ерунда.

— Что – ерунда?

— То, что вас, Файергардов, приворожить нельзя.

— Не ерунда это. Никто никогда не мог. Заклятие на нас древнее.

— А я приворожу, – упрямо вздернула подбородок Лиза.

— Дурная ты ведьма, Лиззи, – покачал головой Ричард. – Я же и так в тебя влюблен, какой еще приворот?

— Тот, что снимет несуществующее Файергардово заклятие и позволит нам пожениться.

— Ты мне предложение делаешь? – захохотал Ричард. – Я-то ведь тебе еще не делал!

— Какой же ты против…

Договорить Лиза не смогла, потому что Ричард закрыл ей рот поцелуем, а она снова подумала: «Приворожу. Вот сейчас нацелуемся вволю, Ричард мне воды зачерпнет в колодце, и я сварю свое первое зелье – для него».

Так и произошло. Целоваться они закончили, когда совсем стемнело. Ричард натаскал Лизе воды из колодца, удивился висевшему над кухонным столом огневцу в стеклянном шаре, снова поцеловал на прощание и ушел, обещав утром заглянуть, принести Лизе свежих булочек к завтраку, а Лиза принялась варить зелье.

— Все же что любовь с людьми делает, – бормотала себе под нос Лиза. – Файергард вон сдался, влюбился, послушный стал: и спасает меня, и целует, и обнимает, и прижимает, и воду носит, и кофе в постель, и булочки, и стекла в окна. Не Файергард – золото! А я ведь хотела чисто ради эксперимента. И что в итоге? Сама втрескалась. А снадобья любовного не было ведь.

Вот так бормоча и напевая все свои мысли вслух, Лиза толкла в ступке душистые травы да искрящиеся благоуханием цветы. Толкла-толкла да поняла, что не нужно ей никакое приворотное зелье, а нужно другое: снимающее древнее заклятье. Чтобы, начиная с Ричарда, все Файергарды могли влюбляться, в кого хотят, и жениться, на ком хотят. И чтобы не было между возлюбленными никаких преград, дурацких принципов, непреодолимых заклятий.

Лиза поставила горшочек в печь, чтобы бурлило снадобье на медленном огне семеро суток. Ни днем больше, ни днем меньше.

На следующий день Лиза послушалась кошку и сделала, как та хотела: открыла лавку на полдня, приняла несколько заказов, а перед самым обедом закрыла, привесив записку на дверь, что сегодня в «Любовных снадобьях» учетный день. Учитывать им пока было нечего, но дел все равно было немало.

Пока Корнелия где-то шаталась, Лиза сварила парочку зелий – кому лекарственных, кому приворотных. Было одно и отворотное.

Рано по утру, не успел Ричард принести Лизе булочек с пылу с жару, не успели они от души нацеловаться, как в лавку требовательно постучали. Выпроводив Ричарда через переднюю дверь, Лиза отперла лавку.

На пороге стояла высокая ширококостная дама возмущенного вида.

— Я мисс Гриди, – представилась она.

«Понятно, – просекла Лиза. – Видать, что-то не по ее, а может, и все. Старовата она для «мисс»».

— Чем могу помочь? – Лиза натянула улыбочку на лицо.

— Вот. Не работает ваш приворот. – Она кинула на прилавок темно-синий мешочек.

Лиза повертела в руках мешочек, потянула за шнурок и высыпала содержимое на позолоченное блюдо, которое выудило из-под прилавка.

— Так-с, посмотрим, что тут у нас…