Книга Лавка «Любовные снадобья», страница 83 – Татьяна Ма

Очнулась Лиза от окруживших ее радостных воплей хлынувшей на площадь толпы.

— Ай да ведьма! Ай да Кортни! – веселился народ.

Лиза открыла глаза и увидела, что ни языков пламени, ни огневца больше не было. Ранее охваченная огнем часть улицы теперь стояла мокро-черная. С обуглившихся крыш капало. Кое-где вздымались в светлеющее небо струйки дыма. Ту часть улицы, где раньше властвовал обожравшийся огневец, теперь от земли и до флюгеров покрывала смрадная серо-бурая болотная грязь.

Народ веселился, выкрикивал имя Лизы, ликовал, что город удалось спасти. Лиза на едва гнущихся назад поплелась к своему дому. Она чувствовала такую смертельную усталость, что готова была упасть прямо тут и уснуть под ближайшим кустом. Однако на автопилоте добрела до своей пустой улицы, которую не коснулся ни пожар, ни людской восторг. На пороге «Любовных снадобий» Лизу ждала Корнелия.

— Совсем обессилила? – сочувственно произнесла рыжая.

— Весь рот обзевала. Спать хочу – не могу.

— Нельзя ведьме столько силушки сразу отдавать. Можно и не восстановиться.

— Главное, что город дотла не сгорел.

— Добрая ты, не в бабку, – одобрительно кивнула Корнелия.

— Пойду посплю.

Лиза, словно лунатик, поплелась наверх. Корнелия пошла за ней. И хорошо, что пошла, иначе Лиза бы упала. Она едва смогла забраться на последнюю ступеньку лестницы, как силы окончательно покинули ее. Корнелия подхватила Лизу под подмышки и проводила в спальню, помогла раздеться, укутала одеялом до самого подбородка, пощупала лоб мягкой ладонью.

— Жар, – констатировала она. – Спи, я тебе лечебного зельюшка сделаю.

Лиза, правда, этого уже не слышала, как и не помнила, что спустя час кошка к ней вернулась, всунула в губы соломинку, растрясла и заставила выпить какой-то отвар. Лиза погрузилась в тяжелый долгий сон.

Первое, что увидела Лиза, когда проснулась, это склонившееся над ней обеспокоенное лицо. Серые глаза смотрели на нее изучающе, с тревогой.

— Ричард? – удивленно пропищала Лиза.

— Ну наконец-то. Я уж думал, еще неделю проспишь.

— Уж и поспать нельзя. – Лиза бросила взгляд на распахнутые ставни, за которыми то ли сгущались сумерки, то ли брезжил рассвет. – Ночку поспала всего лишь.

— Ночку? – бровь огнеборец взметнулась вверх.

— А сколько ж?

— Двое суток уж прошло!

— Как? – ахнула Лиза.

— А вот так. Как себя чувствуешь?

— Хорошо. Только… – Лиза вдруг поняла, что под тонким одеялом на ней ничегошеньки не было. Корнелия ее, что ли, догола раздела?

— Что? – тут же обеспокоился Ричард.

— Ты бы это… Вышел. Мне одеться надо. Да и помыться не мешает.

Ричард кивнул и, тут же отступив от кровати, сказал:

— Я на кухне буду. Ужин пока приготовлю.

Лиза хоть и удивилась, что огнеборец, оказывается, готовить умеет, но промолчало. Гораздо больше ее занимало другое: как она умудрилась проспать двое суток и почему Файергард сидел у ее постели?

Быстренько приняв душ, Лиза переоделась в светло-кремовое платье с не очень глубоким декольте, поверх которого нацепила кожаный корсаж. Все удобнее, чем корсет. Она взглянула на себя в зеркало, и ей показалось, что щеки у нее зарозовели пуще прежнего, а глаза еще сильнее зазеленели.

Лиза чувствовала необыкновенный прилив сил, и ей чудилось, что теперь ей много что по плечу. Волосы вот после душа слишком мокрые. Фена, жаль, нет. Лиза перекинула волнистую копну через одно плечо вперед, провела по черным прядям рукой… И волосы тут же высохли, заблестев переливчатым шелком.