Книга Шанс для глупой злодейки, страница 23 – Мария Ясная

Арабелла обернулась. Адриан стоял рядом, в светлом парадном мундире, и улыбался той мягкой, немного виноватой улыбкой, которая, казалось, говорила: «Я знаю, что вам грустно, и мне жаль».

— Я просто наблюдаю, — ответила она. — Оказывается, если смотреть на приём не как на поле битвы, а как на театр, это гораздо интереснее.

— Театр? — Адриан поднял бровь.

— Ну да, — она повела рукой в сторону зала. — Вот амплуа невинной простушки. Вот — злой интриганки. Вот — благородного рыцаря, который на самом деле думает только о том, как бы выгоднее жениться. А вот это — ваше амплуа, ваше высочество.

— Какое же?

— Идеального принца, — она посмотрела ему в глаза. — Тот, кто всегда делает всё правильно.

Адриан помолчал, и в его взгляде мелькнуло что-то, чего она раньше не замечала. Обида? Горечь?

— Вы думаете, это так легко? — спросил он тихо. — Быть идеальным?

— Не знаю, — честно ответила Арабелла. — Я никогда не пробовала.

Оркестр заиграл новый танец — медленный, тягучий. Адриан протянул руку.

— Позволите?

Арабелла вложила пальцы в его ладонь, и они вышли в круг. Танец был плавным, почти интимным, и Арабелла чувствовала, как взгляды присутствующих следуют за ними. Она привыкла к этим взглядам, но теперь они не грели, а только давили.

— Арабелла, — Адриан заговорил, когда они оказались в дальнем конце зала. — Вы подумали?

Она не притворялась, что не понимает, о чём он. Речь шла о помолвке.

— Я думала, — сказала она тихо. — И мне кажется, что наша свадьба будет ошибкой.

Адриан не остановился, не дёрнулся. Он продолжал вести танец, но его пальцы чуть сжались.

— Почему?

— Потому что вы меня не любите, — сказала она. — И я вас не люблю. Брак без любви — это тюрьма.

— Брак — это союз, — возразил он. — Мои родители не любили друг друга. Но они правили страной тридцать лет, и эти годы были для Эридонии временем мира и процветания.

— Ваш отец не любил вашу мать? — Арабелла удивилась. В прошлой жизни она никогда об этом не задумывалась.

— Он уважал её, — Адриан повёл её в повороте. — Она была умной, сильной женщиной. Этого достаточно, чтобы построить государство. Любовь приходит потом. Или не приходит. Но это не делает брак неудачным.

Танец закончился. Адриан не отпустил её руку.

— Пойдёмте в сад, — сказал он. — Нам нужно поговорить.

Сад был тёмен и тих. Фонари горели только у входа, а дальше, за стрижеными кустами, лежала прохладная, пахнущая сырой землёй и цветами тьма. Адриан нашёл скамью под старой липой и усадил Арабеллу рядом, но не слишком близко.

— Вы правы, — сказал он, глядя вверх, на едва различимые звёзды. — Я не люблю вас. Но я уважаю вас. Это больше, чем многие получают в браке.

— Этого мало, — тихо сказала она.

— А чего вы хотите? — он повернулся к ней. — Страсти? Безумства? Любви, от которой кружится голова? Это проходит. Остаётся только то, что мы строим вместе. Дом. Семья. Королевство.

— Вы говорите как политик, — она почувствовала, как внутри поднимается раздражение.

— Я и есть политик, — он не обиделся. — Я наследник престола. Моя жизнь не принадлежит мне. И ваша, если вы выйдете за меня, тоже. Но мы можем сделать так, чтобы эта жизнь была не тягостной, а достойной.

Арабелла молчала. Она знала, что он прав. Всё, что он говорил, было разумным, логичным, правильным. Именно такие аргументы она не могла опровергнуть.