Книга Бескрайнее темное море. Том 1, страница 108 – Моргана Маро

— И что ты предлагаешь, советник Лю? – стиснул пальцы на подлокотниках трона Хэ Ланцзян.

Мужчина повернулся к нему и, сложив перед собой руки, поклонился:

— Этот скромный советник предлагает действовать тихо и лишний раз не тревожить людей. Для начала надо выявить тех, кто чаще всего пересекался с предателем Чо, и вызвать их во дворец, обвинив в неуплате налогов. Всех, кто попытается сбежать из Цинхэ, мы объявим предателями и сможем допросить. Пошедшие на сотрудничество получат помилование.

— Помилование? – раздраженно переспросил император.

— Ваши люди должны видеть, что вы дорожите ими.

Хэ Ланцзян с тяжелым вздохом помассировал переносицу и взглянул на министров:

— Вы согласны со словами советника Лю?

— Согласны, – в один голос ответили те и поклонились.

Недовольно взглянув на них, император все же произнес:

— Хорошо, Мы прислушаемся к советнику Лю.

— Император мудр!

Стоило собранию закончиться, как близнецы, не сговариваясь, схватили Цин Вэня, оттащили подальше от любопытных глаз и подобно двум воронам нависли над ним.

— Мы чуть души Циньгуан-вану^[79] не отдали, когда услышали, что наш непутевый братец на тот свет собрался! – раздосадовано воскликнул Хэ Тянь.

— Матушка всю ночь не спала, боялась, что придут слуги и скажут готовить белые одежды^[80], – кивнул Хэ Е.

— По сравнению с советником У и генералом Гу я еще легко отделался, – заметил Цин Вэнь, позволив близнецам осмотреть себя. – Как давно отец не спит?

— Вторую ночь. Уже в каждом слуге и евнухе видит цзяньца. Боюсь, пока он картину не получит, не успокоится.

Цин Вэнь вздохнул, запустив пальцы в волосы. Когда дело касалось картин Тяньцай-цзюнцзы, император Хэ забывал обо всем. Может, великий художник был темным заклинателем, а все его рисунки на деле сводили людей с ума?

— Вэнь-эр, постарайся не злить отца, – попросил один из близнецов.

— Он нас-то не особо слушает, а тебя и изгнать из столицы может, – поддакнул второй.

Если выяснится, что именно у Цин Вэня и Фан Лао находится картина, то страшно представить, каков будет гнев императора.

— Не волнуйтесь, я успею сбежать раньше, чем отец меня заподозрит.

Братья мрачно покосились на него и одновременно отвесили по подзатыльнику. Однако не успели Хэ Тянь и Хэ Е вновь наставить Цин Вэня на праведный путь, как вмешался евнух, поклонившись и пробормотав:

— Император желает видеть третьего принца Цин. Прошу за мной.

— И что ты успел натворить? – мрачно прошептал Хэ Тянь.

— Самому бы знать, – ответил ему Цин Вэнь.

Хэ Ланцзян ожидал Цин Вэня в кабинете вместе с евнухом Моу Ганем. Мысленно третий принц уже приготовился к худшему: возможно, слуги каким-то образом нашли картину в комнате Фан Лао. В Цинхэ много соглядатаев – как во дворце, так и за его пределами.

Вблизи император Хэ выглядел еще более изможденным, не говоря уже про старшего евнуха, чьи глаза хоть и оставались сухими, но покраснели и запали. Кто бы мог подумать, что смерть младшего брата тронет этого черствого человека?

— Отец, Вэнь-эр пришел, как вы и приказывали, – приветствовал Цин Вэнь.

— Видим, ты наконец взялся за ум. Стоило только приставить к тебе заклинателя, так сразу повзрослел, – с усталой улыбкой заметил император. – У Нас будет к тебе поручение, Вэнь-эр.

— Третий принц слушает отца-императора.