Книга Бескрайнее темное море. Том 1, страница 38 – Моргана Маро

— Верно. – Взгляд Фан Лао смягчился. – Ланы – вольный народ, они любят кого хотят, идут куда хотят и не боятся, что их за это осудят. Раньше, до падения Цзянь, у нас с ними были весьма дружественные отношения, их великий шаньюй^[52] даже передал пурпурный свиток императору.

— Что за пурпурный свиток? – поинтересовался один из близнецов.

— Он позволяет призвать союз Лан в трудное время и тем самым увеличить свою армию, – пояснил Фан Лао. – Однако после падения Великой Цзянь союз Лан не стал больше поддерживать отношения ни с одним из императоров, хотя я слышал, что было множество попыток. Ходят слухи по этому поводу: одни считают, что союз Лан держит обиду на четырех императоров за их поспешное отступление на юг, но многие сошлись на том, что они больше не желают никому подчиняться и потому хранят пурпурный свиток у себя.

— Отец был бы не против его заполучить, – пробормотал Хэ Е. – Такая мощь в одних руках…

— И тем самым заставить других императоров волноваться? – фыркнул Хэ Тянь. – Даже хорошо, что этого пурпурного свитка ни у кого нет, все на равных.

— Ты бывал в союзе Лан? – поинтересовался принц у заклинателя.

— Нет, они ведь не любят чужаков. А вот тебя бы приняли.

Братья одновременно взглянули на заклинателя, сделавшего очередной небольшой глоток. Когда он заговорил, то голос звучал уже тихо, словно Фан Лао рассказывал о тайне, которую никому больше нельзя знать.

— Среди союза Лан есть племя фэнье. Когда-то, во времена семи Сражающихся Царств, они были князьями самых северных гор. У главной ветви фэнье иероглиф такой же, как и у Вэнь-эра. Ты разве не знал об этом?

— Мы знали об этом, – признался Хэ Тянь, взглянув на Цин Вэня. – Нам известны фамильные знаки и предводителей племен, и великого шаньюя, который возглавляет союз. Мы просто не думали, что наставнику Фан так интересен союз Лан.

— Разве мне не положено знать чуть больше, чем простому человеку? – нахмурился Фан Лао.

— Наставник Фан и правда мудр, – первым сообразил Хэ Е, попытавшись загладить вину. – Мы не хотели вас оскорбить, не подумайте!

Складка меж бровей заклинателя разгладилась, и принцы облегченно выдохнули.

— Как бы только отец не решил вдруг сделать из наставника Фан своего личного советника, – вдруг усмехнулся Хэ Е, заставив Цин Вэня поперхнуться вином.

— Я не житель Юйгу, мне сложно указывать, – спокойно ответил Фан Лао. – Кроме того, заклинателя не получится удержать против его воли.

— Тогда нам остается только как можно радушней принять наставника Фан, – улыбнулись близнецы.

— Не слушай их, – вздохнул Цин Вэнь, обращаясь к Фан Лао. – У них из тысячи мыслей только одна удачная. Как были в детстве дураками, так ими и остались.

— Братец, да тут будущие императоры сидят, а ты смеешь так говорить! – возмутился Хэ Тянь, но в его глазах плясали искры озорства.

— Правда? Так вы еще не решили, кто им станет? – вскинул бровь тот. – Не собираетесь же вы оба править?

— А что нам остается, если отец до сих пор ничего не говорит? – пожал плечами Хэ Е. – Может, мы бы и рады наконец определиться, только даже намека еще не было.

Цин Вэнь промолчал, вполуха слушая возмущения братьев. Император Хэ и правда не стремился передавать трон одному из братьев, в какой-то момент министры даже устали намекать и сдались, решив, что раз время не настало, то можно и подождать. Пускай император Хэ и был близок к шестому десятку, он все еще был крепок и способен взять в руки меч. Такой человек уступит трон, только умерев за него.