Книга Бескрайнее темное море. Том 1, страница 85 – Моргана Маро

— Мы позвали тебя для еще одного вопроса, – уже не так громко произнес император Хэ. – Мы видим, что Вэнь-эр становится покладист рядом с наставником Фан. Воистину, Мы удивлены.

— Третий принц знает, когда ему стоит остановиться, хотя порой и бывает… безрассуден, – признался Фан Лао, вспомнив случай на реке и в комнате Бяньбянь.

— По докладам, третий принц перестал сбегать. Он остается в своих покоях чуть ли не каждую ночь, – добавил Моу Гань, и по его лицу было неясно, раздосадован он этим фактом или доволен, что избавился от головной боли.

— Могу я узнать, как император распорядится судьбой третьего принца? – осторожно спросил Фан Лао.

— Судьбой? – нахмурился Хэ Ланцзян.

— Цин Вэню в этом году исполнилось двадцать три, однако он не помолвлен, у него нет собственных земель в Юйгу, да и во главе министерства он не стоит, – заметил заклинатель. – К чему мне готовить третьего принца?

— Мы бы хотели дать ему достойную жену, однако ни одна знатная девушка не согласится связать себя узами брака с моцзя, – с неохотой признался император.

— А что насчет союза Лан? В Цин Вэне течет их кровь, разве породнить его с кем-то из них не будет хорошим решением? Заодно вы сможете узнать обстановку внутри союза.

— Мы думали об этом, – признался император Хэ, – однако Цин Вэнь вырос вне племени, и навряд ли его смогут принять в нем. Да, в нем есть кровь кочевников, но это еще нужно доказать союзу Лан. Мы наслышаны об их испытаниях силы и не уверены, что готовы жертвовать сыном.

Фан Лао промолчал. Он и сам знал об этом; испытания порой бывали смертельны, пусть пройти их разрешалось и чужакам. Только способный укротить резвого скакуна и перехватить стрелу мог называть себя воином великого шаньюя. Однако разве Цин Вэнь не достоин этого? Фан Лао сам был свидетелем меткости третьего принца.

— Вы слишком оберегаете его, – наконец произнес заклинатель. – Разве птица может показать силу своих крыльев, если будет постоянно сидеть в клетке?

Император рассмеялся.

— Верно сказано, наставник Фан. Однако порой Нас гложет чувство, что если Мы отпустим Вэнь-эра, то он больше никогда не вернется.

— Даже верный конь знает, где его дом. Вам не стоит об этом переживать.

Не успел Хэ Ланцзян ответить, как его прервал робкий голос слуги:

— Ваше величество, генерал Гу хочет с вами встретиться.

— Впусти его!

Дверь отворилась, и в комнату вошел Гу Юань; заметив Фан Лао, он коротко кивнул ему. Главный евнух тут же скривил нос, словно увидел мерзкую гусеницу под ногами.

— Долгих лет жизни императору! – склонился генерал.

— Что привело тебя к Нам?

— Я получил письмо от дозорных. В пятнадцати ли от города был вскрыт курган одного из четырех генералов Юэло Великой Цзянь!

— Что?! – вскочил на ноги император, изумленно глядя на Гу Юаня.

— Это сделали не расхитители могил – захороненные тела пропали, а гроб генерала пуст.

В комнате повисла гнетущая тишина.

Фан Лао слышал про четырех генералов Юэло Великой Цзянь. Эти воины были лучшими из лучших, но пали во время Цзяньской резни. Одни говорили, что Великое Бедствие Пустоши свело генералов с ума, и те пошли против своих же людей, другие же утверждали, что именно Юэло первыми вступили в бой с демоном и погибли. Их души оказались наполнены темной ци, и, дабы генералы не переродились в демонов, мудрец Ао заковал их в доспехи и спрятал в курганы – в каждой империи похоронили одного из воинов.