Книга Любовь как приговор, страница 96 – Татьяна Кравченко

— Уберите… это, – приказал Дамьен отрывисто, уже поворачиваясь к дому. Его гнала одна мысль: Элиана. Он бросился внутрь, чувствуя, как леденящая истина смыкается вокруг него. Она встала на последнюю, необратимую ступень обращения. Его светлячок навсегда стал дитём ночи, и первой жертвой пал невинный.

Дамьен нашел ее наверху, в полумраке просторной гардеробной. Она сжалась в самом дальнем углу, забившись под вешалки с дорогими, ненужными теперь платьями. Тихие, прерывистые всхлипы сотрясали ее плечи. Он замер на пороге, сердце сжимаясь в ледяном кулаке.

— Элиана… – его голос, нарочито мягкий, прозвучал в тишине. – Милая… иди сюда. Иди ко мне.

Она медленно подняла голову. Лицо – бледное. Руки до локтей – в липкой, темной крови. Белое платье расплывалось алыми лепестками ужаса на груди и бедрах. Шея, подбородок, уголки рта – все было измазано бурыми подтеками и каплями. Ее взгляд, пустой и потерянный, скользнул по нему… и ожил. С рыданием, вырвавшимся из самой глубины, она ринулась к нему, вцепившись мертвой хваткой.

— Дамьен! – ее голос хрипел от слез и, возможно, крови. – Кошмар… страшный сон приснился… Очнулась здесь… Тебя не было! Я так испугалась!

Она уткнулась лицом в его грудь, трясясь как в лихорадке.

Он обхватил ее крепко, игнорируя холодную липкость на ее коже, запах меди, пропитавший ткань.

— Тссс… Все хорошо, солнышко, – шептал он, гладя ее вздрагивающую спину, целуя макушку. – Я здесь. Рядом. Все… будет хорошо.

Ложь горела у него на языке, едкая и неизбежная.

— Я никуда не уйду. Тссс…

Она постепенно утихла, ее дыхание стало ровнее, но цепкость ее рук не ослабевала.

— Не уходи… больше… Пожалуйста… – выдохнула она, подняв к нему искаженное страхом, но неотразимое лицо. Ее губы, еще хранящие следы кошмара, нашли его губы в отчаянном, жадном поцелуе. В этом поцелуе был страх, одиночество, и внезапная, животная потребность в подтверждении жизни. В подтверждении его.

И он не отказал. Как мог он отказать, когда каждое ее прикосновение могло быть последним? Каждый вздох, каждый поцелуй – прощальным? Несколько минут назад она была исчадием ада на крыльце. Сейчас она была его потерянной, напуганной Элианой, требующей утешения в единственной форме, доступной ей сейчас – в плоти.

Они занялись любовью прямо там, на холодном паркете гардеробной, среди молчаливых свидетелей – шелков и бархатов. Это было не любовь, а поединок отчаяния и жажды. Элиана была неузнаваема: стремительная, гибкая до невероятности, ее движения лишены прежней человеческой неуклюжести, наполнены хищной, нечеловеческой грацией. Ее кожа под его пальцами была прохладной, как мрамор, но внутри пылал адреналиновый огонь новообращенной. Она впивалась в него, рычала от наслаждения, сила ее объятий граничила с болью. Дамьен, захлебываясь в вихре противоречий – ужаса, желания, невыносимой нежности и предсмертной тоски – думал лишь одно, когда волна накрыла его, оставляя пустоту и ледяную ясность: Вот оно. Вот как заниматься любовью с вампиром. С моим светлячком, ставшим… этим.

Когда все закончилось, он бережно поднял ее истощенное, но успокоившееся тело. Завернул в простыню, скрыв страшные следы на платье. Она безвольно обвисла на его руках, дыхание ровное, глаза закрыты. Словно ребенок, исчерпавший силы после бури.