Книга Цвет греха. Чёрный, страница 61 – Александра Салиева

Предупреждение звучит почти как угроза.

— Можно подумать, ты — прям само очарование и добродетель, — срывается с моих губ встречное.

Во взгляде, моментально сосредоточившемся на мне, загорается что-то… нет, не злое. Хищное. Тёмное. Даже не по себе становится. В особенности от его последующей улыбки. Неожиданно ласковой и тёплой.

— Вот кто приковывает девушку наручниками к кровати на ночь, например? — не сдаюсь и спешу привести доводом к предыдущему, складывая руки на груди. — Ну? Кто, кроме тебя? Кай? Айзек? Или это у вас такая своеобразная семейная традиция?

Про свой ужин тоже забываю.

Напрасно.

Если бы смотрела не туда, куда смотрю, не проступила бы появление хозяина заведения, подошедшего достаточно близко, чтобы расслышать наш разговор.

— Кхм-кхм… — закашливается господин Якуп.

Вот же…

Да что там закашливается. Откровенно давится. Собственным воздухом. Или же моими словами.

Кашляет он долго. Основательно. Глядя то ли с осуждением, то ли с откровенным шоком поочередно на нас обоих. И если я готова сгореть со стыда за свой длинный язык, то…

— Воды? — как ни в чём не бывало предлагает моему бывшему начальнику опекун.

Ещё бы!

Это не он же тут…

Опять я.

— Добрый вечер, — выдавливаю из себя смущённое.

Мой стакан воды ему и достаётся. Тот принимает, кивнув в качестве благодарности. Выпивает всё махом. Только после этого вспоминает о традиционном:

— И вам добрый вечер, — здоровается, как заканчивает кашлять.

— Добрый, — по-прежнему сохраняет невозмутимость тот, благодаря кому я только что опозорилась.

Усиленно киваю. И улыбаюсь. Изо всех сил. Просто потому, что так гораздо легче скрыть истинные чувства. Тем более, что опекуну кто-то звонит. Он хмурится и поднимается на ноги. Явно собирается бросить меня на произвол судьбы. Хочется схватить его за локоть, не позволить ему никуда отойти, а ещё лучше — спрятаться за его широкой спиной, вцепиться всеми пальцами, чтоб уж наверняка остаться рядом. Порыв настолько яркий, что я едва остаюсь на месте, когда слышу от него:

— Мне нужно ответить, — сообщает, прежде чем нас покинуть.

А я всё-таки остаюсь один на один с господином Якупом и собственным чувством неловкости.

— Хорошо, что зашла. Я так рад, что ты не забыла старика, — радушно отзывается мой бывший шеф. — Ужин будет за мой счёт, конечно же. Заходите почаще.

Словно в нём за одно мгновение тумблер переключают. Очень уж радушно и весело звучит.

Хотя это всё фигня полная.

Едва Адем Эмирхан действительно отвечает на вызов и удаляется на достаточное от нас расстояние, как шеф устраивается напротив меня и рассматривает с самым суровым видом, с хрустом сжимая кулаки.

— Как ты? — прищуривается с подозрением.

— Всё хорошо. Спасибо, — откровенно вру я. — Как вы сами? — меняю направление будущего разговора.

Жаль, он не ведётся.

— Если тебе есть что мне рассказать, я тебя внимательно слушаю, девочка, — строго проговаривает господин Якуп.

Моё чувство неловкости буквально зашкаливает. Вспоминаю про свой кебаб. Им себе рот и затыкаю, пожав плечом. Для вида. Сказать то мне ему всё равно нечего.

— Этот твой новый опекун тебя обижает? — не сдаётся господин Якуп.

Усиленно мотаю головой. И продолжаю жевать.

— Ох, Асия, — вздыхает мужчина, призадумавшись о чём-то, а после выдаёт рассеянно: — Замуж тебя надо выдать, тогда и все проблемы закончатся.