Книга Подарок для шейха. Жестокая сказка, страница 35 – Анастасия Сова

— Ты говоришь мне правду, Аня? — Амин настаивает, чтобы я повторила.

Его бедро неожиданно вклинивается между моих ног и сильно давит туда, заставляя меня вздрогнуть и против воли издать сдавленный стон.

— Говори правду. Я узнаю, если ты солжешь.

— Нет! — кричу я, и это звучит как испуганный визг.

Слезы унижения и гнева застилают глаза.

Я понимаю, что хоть и спаслась от бандитов, для меня все кончено… теперь точно.

— Не трогали! Только… только отрезали волосы… — вспоминаю, стараясь говорить все правду.

Он замирает. Время останавливается.

Его рука отпускает мой подбородок, но вовсе не для того, чтобы исчезнуть совсем. Она медленно, почти невесомо, скользит вниз по шее, пробегает по ключице.

Я не могу даже описать то, что испытываю в этот момент.

Тело трясет от крупной дрожи.

Амир подхватывает прядь моих волос, как раз ту самую, от которой бандиты оттяпали приличный кусок.

— За это они уже заплатили, — слова Амира почему-то леденят мою кровь. От его уверенности, от силы его власти, по моей спине пробегает холодок.

Его ладонь ползет ниже, очерчивая изгибы моего тела. Пробегает по бедру, и Амир сильнее прижимается ко мне.

Теперь я чувствую его мощь еще отчетливее. Моя беспомощность в его руках становится особенно яркой. Я могу задохнуться только лишь оттого, что этот мужчина сейчас находится рядом.

Его лицо теперь скрыто от меня в тени, но я все равно ощущаю тяжесть его горящего взгляда.

— Ты принадлежишь мне, Аня. Твое тело. Твой страх. Твои блестящие волосы. Все. И я не позволю никому это отнять.

Еще одно движение, я чувствую его возбуждение, твердое и требовательное, как оно прижимается ко мне.

Во рту пересыхает, но уже не от жажды.

От страха?

Или от этого порочного, запретного возбуждения, что начинает разливаться по моему телу вопреки разуму?

— Ты сбежала от меня, Аня, — его шепот становится по-звериному тихим и опасным. — И за это придется ответить.

Аня

У меня внутри все сжимается от страха.

Беспокойство такое сильное, что меня начинает подташнивать.

Что Амин сделает со мной?

Я все еще помню, как шейх приказал отрубить пальцы господину Ахмаду. Вдруг меня ждет нечто подобное? Устроит показательную казнь для своего гарема, чтобы все девушки, в том числе Надира, знали, что бывает, если предать доверие Повелителя.

— Только не здесь, — добавляет Амин спустя вечность.

Самые страшные опасения мгновенно становятся осязаемо опасными.

Я начинаю думать, что лучше бы он использовал меня прямо здесь. Заставил танцевать голой, приказал встать на колени. Лишил девственности… Разве это больная плата за жизнь?

Понимаю, что очень сильно хочу жить. Очень. И я правда на многое ради этого готова.

Слова Амина повисают в темноте пещеры, тяжелые и опасные, как предгрозовой воздух.

Я хочу спросить, что он собирается сделать со мной, чтобы быть готовой, но не в состоянии произнести ни звука. Прямо как в том сне, когда собираешься кричать, но лишь беспомощно раскрываешь рот, откуда даже шипения не доносится.

Тело Амина, большое и горячее, все еще прижимается к моему. Позади песчаная стена, и на контрасте она кажется слишком холодной.

— Я думал, что это игра моего воображения, но ты и правда заставила меня почувствовать нечто новое, Аня, — его губы почти касаются моего виска, когда он произносит это. Колыхание воздуха щекочет кожу. — И я тоже заставлю тебя почувствовать…