Книга Маска тишины, страница 34 – Наталья Тимошенко

— Думаешь, если бы я захотел, я бы тебя не получил? — проникновенным шепотом спросил он.

— Ногой по яйцам ты бы получил, — фыркнула Лу. — Спроси у Стефана, он знает, как больно я бью.

На лице Дэна отразилось такое искреннее удивление, что он отступил назад, даже забыв флиртовать.

— Серьезно? Наш правильный Стефан?..

— Ну, он получил по другому поводу, — призналась Лу. — Но бью я больно, предупреждаю.

— Ладно, — Дэн поднял руки. — Ты опасная, я понял. Мне это нравится. Идем к склепу?

— К какому склепу?

— О, так наша колючка плохо понимает английский? Идем, — Дэн ухватил ее за руку и потащил вперед, — по дороге расскажу.

Стефан и Лина вышли из дома, наслаждаясь теплом и тишиной. В октябре на Крите уже не было такой удушающей жары, как летом, но еще было вполне комфортно ходить в футболке с коротким рукавом, лишь по вечерам надевая свитер или легкую ветровку. Деревня жила размеренной жизнью: где-то за изгородью блеяли козы, в тени платана на лавочке сидели двое стариков, играли в тавли^[16], лениво перекладывая костяшки. Солнце золотило каменные стены домов, неровные, с потемневшей от времени штукатуркой. Ставни в большинстве своем были не голубые, как на открытках, а зеленые или коричневые, местами облупившиеся, но от этого выглядевшие еще уютнее. С некоторых балконов свисали гроздья винограда, а в глиняных горшках пестрела герань.

— Кстати, вот мне интересно, почему здесь дома не такие белые, как принято в Греции? — заметила Лина, оглядываясь.

— Это стереотип, что в Греции белые дома с синими крышами, — усмехнулся Стефан. — Белые дома — это Киклады, Санторини, Миконос, в общем, Эгейское море. Там дома белили известью не ради красоты, а чтобы солнце меньше нагревало стены. И чтобы дезинфицировать — известь убивала бактерии и отпугивала насекомых.

— А на Крите солнца мало? — поддела его Лина.

— Много, но тут дома чаще строили из местного камня, — Стефан провел рукой по шершавой стене ближайшего дома. — Он сам по себе хорошо держит прохладу. Белить их было не обязательно, да и дороговато, известь сюда возить было сложнее.

— Значит, эти стены настолько же старые, насколько и выглядят? — Лина улыбнулась, глядя на трещины в штукатурке.

— Вполне возможно, — кивнул Стефан. — В некоторых домах камни могут лежать с венецианских времен. Просто штукатурку обновляют раз в несколько десятилетий.

Лина подняла голову, разглядывая небольшой балкончик, нависающий прямо над дорогой, а Стефану стоило больших усилий закрыть рот и не продолжать рассказ об особенностях постройки домов в жарком климате. Он знал за собой такой грешок: стоит только кому-то задать вопрос, и он мог начать углубляться в такие детали, которые уже не будут интересны непосвященным людям.

Откуда-то из-за угла вышел крупный полосатый кот и, лениво жмурясь от солнца, неторопливо подошел к ним. Он боднул головой ногу Лины. Та присела на корточки и провела ладонью по его хребту. Критские коты заметно отличались от привычных российских: с вытянутыми, чуть грубоватыми мордами, большими ушами, длинными поджарыми телами и крепкими лапами — в них чувствовалась настоящая уличная выносливость. Это было необходимо для выживания в горах и ловли мышей. Коты здесь по большей части не имели хозяев, и, хотя местные жители их не обижали и подкармливали, они все равно оставались полудикими. А значит, вынужденными сами о себе заботиться и добывать пропитание.