Книга Мое имя Морган, страница 68 – Софи Китч

— Нет, госпожа, нет! – Я испугалась, хотя вряд ли я слышала раньше само слово «некромантия», разве что в детстве, в сказках, которые мне рассказывала Гвеннол, да в туманных слухах о колдуне Мерлине, распространение которых не приветствовалось. – Я просто сделала, как вы велели, но…

— Этого вполне достаточно, – холодно оборвала приоресса. – Я уверена, вам известно, что интерес ко всему богопротивному влечет за собой немедленное изгнание из аббатства Святой Бригиды.

Она резко развернулась, подхватив золотую книгу.

— Вы перевозбудились, и, возможно, мне самой следовало хорошенько подумать, прежде чем давать вам такой урок. Не забудьте сегодня горячо возблагодарить святого Косму и все ближайшие недели поминать его в молитвах за явленное нам нынче благоволение.

Приоресса двинулась прочь, но остановилась в дверях и добавила суровым тоном, который вновь к ней вернулся:

— Послушайте меня, юная леди. Если я решу продолжить обучать вас этому искусству, то должна быть уверена в вашей преданности и послушании. Вы досконально изучите жития святых и то, как они страдали во имя Господа, пока эти знания не будут высечены у вас в памяти подобно каменным скрижалям. Все должно происходить под моим контролем. Всякие самостоятельные штудии и тренировки запрещены, равно как и обсуждение этих вопросов между собой. Иначе занятия немедленно прекратятся. Вам ясно?

— Да, госпожа приоресса, – пробормотали мы, и она, бросив последний суровый взгляд, вышла из класса.

— Что, во имя небес, это было? – воскликнула Элис. – Никогда не видела ее такой взбудораженной. А ты заставила синяк исчезнуть! Как тебе удалось? Можешь сделать это снова?

Я припомнила первую неожиданную золотую вспышку и вторую попытку, более длительную, когда я собрала и удержала жар и силу в кончиках пальцев, а потом по собственной воле пустила их в дело. Как же быстро я научилась это контролировать!

— Если честно, не знаю, – сказала я, но твердо решила, что должна найти ответ на этот вопрос.

Приоресса больше не упоминала о случившемся – она лишь давала нам с Элис читать длиннющие тексты с житиями святых да завуалированно напоминала о том, что обсуждать все это за стенами классной комнаты запрещено.

Однако нам не удавалось обуздать собственное любопытство, и вскоре мы решили, что я должна попытаться повторить свой опыт. Я несколько раз проделала это с определенным успехом, успокаивая тупые боли во время наших месячных очищений или смягчая ожоги от свечей. А однажды зашла так далеко, что заставила вновь стать розовым почерневший ноготь Элис, который она прищемила ящиком комода.

Тем не менее я вскоре обнаружила, что у моих способностей есть ограничения: ноготь Элис все равно отвалился, а ее травяные мази лечили ожоги зачастую куда лучше. Но я все равно трепетала, когда находила кончиками пальцев источник боли и чувствовала, как та отступает под действием света, который изливался из меня чудесным исцеляющим потоком. В результате тренировок мой странный талант развился, но понять его, изучить его природу мне так и не удавалось: несмотря на все старания, мы не смогли найти ни единой книги, где упоминалось бы лечение наложением рук, а золотой манускрипт приорессы был нам недоступен.

С приходом Адвента приорессу поглотили церковные обязанности, но она все равно незримо витала над нашими головами, и мы с Элис должны были отправляться в библиотеку сразу после того, как покончим с дневными хлопотами по хозяйству. Мы не привыкли к такому большому количеству времени, предназначенному для самостоятельного чтения, и к началу третьей недели рождественского поста у меня появилось ощущение, будто я изучила все книжные полки вдоль и поперек, хоть они и были заставлены весьма плотно.