Книга После развода. Вот она любовь, окаянная, страница 14 – Элен Блио

Войди в моё положение!

Надо же!

А ты, когда входил в свою Гелю думал о моём положении? О том, что ломаешь мою жизнь? Разрушаешь мою семью? Думал?

Скотина, просто.

Чёрт.

Ну как тут не ругаться?

А... пора уже забить на это.

«Войди в моё положение»!

Почему я должна в него входить?

Нет денег на то, чтобы обеспечивать молодую жену — не фиг влезать в новые отношения!

Он ведь реально, искренне думал, что я уйду без всего! Что я оставлю ему дом, как минимум!

Так возмущался, когда я пришла на встречу с адвокатом. Рот раскрывал, как рыба, на берег выброшенная. Толстолобик, блин.

А я, видимо, была настолько шокирована самим фактом его подлой измены, что мобилизовала все свои силы. Вместо того, чтобы раскваситься, раскиснуть и уйти в депрессию наоборот, загорелась, собралась, подтянулась.

Мне только это и помогло.

Мой природный дар делать хорошую мину при плохой игре.

А то сидела бы сейчас в съемной халупе, и вместо салона красоты пробивала бы чеки в супермаркете.

«Войди в моё положение».

Я так в тебя войду, Макаров, мало не покажется.

Измайлов всё шутит с моими мастерами, изредка на меня поглядывая.

Я тоже смотрю.

А ведь хотела поработать.

Мне надо посчитать, что заказывать в следующем месяце, искать новых поставщиков, потому что старые начали косячить. Посмотреть варианты, которые управляющая подбила. Понять, что мы там по деньгам «проханже — непроханже».

В общем…

Подождёт работа.

Обворожительно улыбаюсь.

— Как вам наши мастера, Ян Романович? Всё ли в порядке, всем ли довольны?

— Просто шикарно, Елена Прекрасная, просто прекрасно.

— Что ж, такого красивого мужчину и на улицу выпускать страшно.

— Так может, составите мне компанию? В вашем присутствии на меня никто не рискнёт покуситься.

— И что же вы предлагаете?

— Для начала обед.

— Обед... Что ж…

— Простите, у вас еще педикюр... - тихонько вклинивается одна из мастериц. — Но мы можем перенести.

— Нет-нет, не нужно, делайте господину Измайлову педикюр, пусть наслаждается, а я пока поработаю. А потом…

— Что потом, Елена Прекрасная?

— Заказывайте столик, Ян Романович.

— Есть предпочтения?

— Есть. Мне нравится «Гвидон». Еще «А-море».

— Понял, принял. Девочки, - это он мастерам, - сколько вам нужно времени?

— Если педикюр без покрытия то, час, всё зависит от состояния пяток.

— Я бы тебе посоветовала с покрытием, Измайлов. Черный лак подойдёт.

— Спасибо, Елена, воспользуюсь советом. Итак, красавицы мои, педикюр с покрытием, у нас час и...

— Пятнадцать минут, - помогает ему моя маникюрша.

— Час пятнадцать, Лена, потом ресторан.

— Надеюсь, успею проголодаться.

И поработать, думаю про себя и сваливаю обратно в кабинет.

Работа, работа, перейди на Федота..

Остаюсь в кабинете одна и опять вспоминаю бывшего, будь он не ладен!

«Геля беременна».

Вот же…

Беременность.

Помню времена, когда это слово для меня было как красная тряпка.

Я хотела и не могла.

Я мечтала и не могла.

Готова была выть в подушку.

И выла.

На ЭКО даже собиралась — было дело. Испугалась.

Тогда в СМИ стали муссировать тему про родивших экомамочек, которые после родов заболели раком и сгорели очень быстро. Журналисты приводили слова специалистов, которые уверяли — гормональная терапия для проведения ЭКО могла стать причиной образования опухолей.

'Враньё ли это или правда - я не стала вдаваться в подробности.