Книга Искушение Снежной Королевы, страница 3 – Татьяна Михаль

Большая ошибка.

Мои новые, идиотские, весенне-зелёные глаза сияли влажным блеском, а на губах играла глупая, несанкционированная улыбка.

Я выглядела как довольная собой булочка с корицей.

— Держи себя в руках, Снежана! — приказала я себе вслух и решила пройтись по дворцу, чтобы проверить хозяйство.

Дела никуда не делись.

В Бальном зале Хрустальных Снежинок, где лёд всегда был выточен с математической точностью, с потолка капала вода.

Капала!

На идеальный паркет из векового льда!

В зале приёмов, где я когда-то заморозила посла Южного Королевства за то, что он осмелился явиться в сандалиях, из-под снега пробивалась какая-то жалкая, но настырная зелёная травка.

А в моём личном саду, который по определению должен был быть эталоном стерильного зимнего великолепия, цвели подснежники.

Белые, хрупкие и наглые до невозможности.

Я застыла перед ними, ощущая, как по моей спине бегут мурашки.

От ужаса. И… от чего-то ещё.

Они были такими прекрасными, что у меня снова выступили предательские слёзы.

— Опять? — раздался у меня за спиной голос, полный философского спокойствия и лёгкого презрения.

Это был Умник.

Он смотрел на мою цветочную истерику с видом знатока, наблюдающего за дилетантом.

— Они растут, Умник! — прошептала я, указывая на подснежники дрожащей рукой. — Прямо из-под снега! Это колдовство!

— Нет, Твоё Величество, это ботаника и естественный процесс, — парировал барс. — И, если честно, они довольно мило выглядят. Можно будет потом в них поваляться.

— Не смей! — взвизгнула я, подняла голову, и тут же мой взгляд зацепился за небо.

Оно было пронзительно голубым, без единого облака.

Таким лазурным, таким безнадёжно красивым, что у меня в груди защемило.

— О, ты только посмотри на это небо! Оно же… оно же совершенно!

— Это просто небо, — констатировал Умник. — Чистое, голубое, как и всегда в ясную погоду. Ты что, совсем головой поехала?

— Если бы головой! Всё намного хуже! — заломила я руки. — В меня попал осколок зеркала! Я не могу так! Я должна всё это остановить!

Я помчалась в лабораторию к Инессе, по пути чуть не расплакавшись от умиления, увидев, как два маленьких снеговика-прислужника неуклюже играют в снежки.

Раньше я бы велела их расставить по углам за безделье.

Влетев в лабораторию, я застала Инессу за попыткой собрать осколки зеркала при помощи пинцета и сильного заклинания, от которого её волосы стояли дыбом.

— Инесса! — выдохнула я, прислонившись к косяку. — У меня из-за тебя и твоего эксперимента случился кризис! Экзистенциальный! Эмоциональный! Катастрофический!

— Вижу, — фея отложила пинцет и с опаской посмотрела на меня. — У вас, кстати, в волосы вплелись какие-то бутоны. Новый тренд вводите?

— Это не тренд, это симптомы! — закричала я. — Я не могу управлять эмоциями! То хочу плакать от красоты снегиря, то смеяться без причины! У меня во дворце трава лезет, лёд тает, а сердце… сердце…

Я прижала руку к груди.

— Моё сердце требует любви. Отчаянно. Бешено. Немедленно! Я хочу любить и быть любимой! Что мне делать?!

Инесса замерла с таким видом, будто её осенило величайшее откровение.

— Станьте птичкой! — предложила она с горящими глазами. — Летите на юг, найдите себе пару! Пение у вас, я слышала, неплохое!

Я посмотрела на неё с ледяным, как мне казалось, взглядом.