Книга Шелест кукурузы, страница 6 – Хелен Берд

* * *

Джилл сидела на кровати, поджав ноги, и вертела в руках игрушку. Ее тетя Сесилия увела из детской свою троицу, чтобы Шейн мог поговорить с малышкой, но шум их голосов и топот доносились даже с первого этажа. Спасибо Сесилии, что она согласилась приютить Джилл и стать замещающей семьей, но социальным службам дальше все равно предстояло что-то решать, а пока малышка Джорданов выглядела здесь потерянной и… лишней?

Разговаривать с детьми Шейн вообще не умел. Сестра у него была старшая, и она давно уже уехала из города; своих детей они с Мэри так и не завели, а потом развелись, так что он понятия не имел, с чего начать. Наблюдая, как Джилл ковыряет носик плюшевого мишки, мужчина кашлянул:

— Джилл, ты бы… хотела остаться у своей тети Сесилии?

Она подняла взгляд.

— Это обязательно? – голос у нее был ровным и тихим.

Шейн вздохнул. Дети всегда хотят слышать правду, но, боже, как же тяжело им эту правду говорить!

— Боюсь, что да. Тебе только десять, и ты не можешь жить одна в доме.

Джилл пожала плечами.

— Мне одиннадцать, – поправила она. – Недавно исполнилось. Мы с мамой… – малышка запнулась и шмыгнула носом, как любой ребенок. – Мы праздновали в кафешке у мистера Белла. Без папы, и… – девочка снова шмыгнула.

Сесилия рассказывала, что Джилл переживает смерть матери и пропажу отца весьма отстраненно. Мало говорит, в основном сидит в спальне и возится с игрушкой, которую Кэтрин подарила ей на пятый день рождения. Шейн понятия не имел, нормально ли такое поведение для детей. Тетя девочки считала, что нет. Она думала, что ребенок, скорее, должен безостановочно плакать, а Джилл будто «застыла». Сейчас Шейн и сам это видел.

Возможно, в ее сердце и бушевали эмоции, но внешне Джилл их проявляла очень слабо. Проплакав, по словам Сесилии, несколько часов после смерти Кэтрин, она больше ни слезинки не проронила. Только носом шмыгала и была очень тихой.

Может, Луиза сможет ее расшевелить?

Сесилия заглянула в дверь.

— Шейн, я тебе, конечно, доверяю, – начала она, – только если ты собираешься ее допрашивать…

— Нет, не собираюсь. – Он покачал головой. Какой уж тут допрос? – Не сегодня. Я жду отчета коронера, пока что хватает того, что Джилл уже рассказала, – на самом деле, не так уж много. Она почти все время плакала, пока полиция топталась на месте происшествия, и сказала только, что они собирались пообедать у мистера Белла. Вряд ли ребенок заметил бы странное поведение будущей самоубийцы, она же не дипломированный психолог. Да и те частенько не могут разглядеть ничего такого, пока не становится слишком уж поздно. – Просто хотел сказать, что я позвонил ее сестре.

— Луизе? – удивилась Сесилия. Сама Джилл вздрогнула, подняла голову. – Думаешь, она приедет?

— Не знаю. Джилл, а ты бы хотела жить с сестрой?

Джилл сильно ковырнула глаз мишки.

— Я… не знаю? – Она нахмурилась, отвернулась. Опять шмыгнула носом. – Я хочу жить дома.

Спустившись на первый этаж, Шейн едва не оказался сбит несущимся ему навстречу Колином, средним ребенком Сесилии и ее мужа Дэвида.

— Воу-воу! – Он придержал малыша. Еще пару месяцев назад он почувствовал бы раздражение, но сейчас его не было. Прогресс. – Осторожнее, ковбой!

— Я не ковбой, я – Робокоп! – Малыш для убедительности помахал в воздухе игрушечным пистолетом. – Пиу-пиу!