Книга Ночной скандал, страница 97 – Аннабел Брайант

— Эми несколько расстроена. И отказывается говорить о вчерашнем вечере. Наверное, это одна из женских уловок, чтобы заставить меня почувствовать себя виноватым и обеспечить себе еще одну поездку в «Майварт». — Ноллз склонился к его уху, будто сообщал другу нечто совершенно секретное.

— С леди Честер никогда заранее не угадаешь. — Мэтью был достаточно предусмотрителен, чтобы раскрывать глаза брату Эми на истинное положение вещей. Он увидел, как в другом конце галереи появилась Теодосия, и даже на таком расстоянии ощутил потребность оказаться рядом с нею. Увлекая девушку в каморку, он не собирался обнаруживать свои чувства. Но вкуса ее губ оказалось достаточно, чтобы он, точно одержимый болван, выболтал все, что было у него на сердце.

— С вашего позволения, Ноллз. — Он ушел, не оглядываясь. Трость выбивала устойчивый неспешный ритм на плитках пола.

— Вот вы где.

Заметила ли Теодосия посетителей, которые вошли сюда минутой раньше?

— Я здесь.

Он подал ей руку и повел прочь из галереи. Зачем давать Эми пищу для новых слухов и делать из мухи слона. Пусть Эми и не поведала брату всей правды, но наверняка поделилась своими домыслами с ближайшими подругами.

— У меня есть идея получше. — Мэтью ускорил шаг. — Такая, что вы будете улыбаться до конца зимы.

— А это, уверяю вас, задача не из легких, — тихо сказала Теодосия, и Мэтью распознал в ее словах грусть.

— Я вижу Коггза и вашу горничную, — указал Мэтью кивком, не желая прерывать разговор. — Давайте затеем третье приключение за день. — Он направился к выходу, опередив камердинера, и они все вышли на улицу. Карета была подана, Мэтью дал указания Джорджу, и все уселись.

— Куда мы едем теперь?

— Я обещал вам лондонские приключения, а я всегда держу слово.

— Но всегда ли вы говорите всерьез?

— Конечно. — Он подмигнул ей. — Особенно в кабинете смотрителя.

Теодосия поспешно отвела взгляд. Похоже, он ее пока не убедил.

Оживленное уличное движение несколько замедлило ход кареты, хотя Джордж маневрировал настолько искусно, что уже через десять минут лошади остановились перед «Королевским амфитеатром искусств Эстли».

— Отлично. Вот мы и прибыли.

— Так быстро? — Отдернув бархатную шторку, Теодосия выглянула в окошко.

— Лондон — город иллюзий и тайн. — Мэтью улыбнулся. — Мы видели самые ценные произведения живописи и скульптуры в Британском музее, а чуть подальше Вестминстерский мост таит секрет завораживающего искусства иного рода. — Он бросил камердинеру горсть монет. — Коггз, купи нам билеты и, будь любезен, купи мисс Доре стакан или два лимонаду. Мы скоро придем.

— Конечно, милорд. — Коггз выскочил из кареты и помог спуститься Доре, хотя та была проворна, как белка.

— Кажется, моя горничная сражена наповал, — заметила Теодосия, как только дверца кареты захлопнулась.

— Коггз умеет найти подход. — Мэтью откинулся на спинку сиденья и непринужденно вытянул ноги. Ему нужны были несколько минут наедине, и он не мог придумать ничего другого, как отправить камердинера с этим дурацким поручением. Не успел он сформулировать предложение, как Теодосия его опередила, будто прочла в уме.

— Зачем вы сказали мне то, что сказали в галерее? — В ее взгляде была печаль. — Зачем начинать то, что продолжаться не может, и мы оба это знаем? Я в Лондоне только ради здоровья дедушки. Я презираю этот город — а вы зовете его своим домом. Я благодарна вам за этот необычный день и за время, которое вы мне подарили. Только не надо шептать обещания и ложь ради того, чтобы меня развлечь!