Книга Соловейка. Как ты стала (не) моей, страница 64 – Полина Рош

И когда Соловейка уже увидела отблеск костра на их поляне, а до шатра оставалось каких-то десять шагов, на едва протоптанной в снегу дорожке появился Аяр. Он так неожиданно вышел из темноты за ближайшим деревом, что Соловейка вскрикнула. Тот удивлённо остановился, узнав её по голосу, а потом подошел ближе и она увидела, какое у него было потрясённое лицо, даже в темноте, разбавленной только светом звёзд и отдалённого костра, она увидела, что он очень бледный и будто бы потерянный.

— Соловейка, как ты здесь оказалась?.. – едва справившись с собой, сказал он, но тут же забыл собственный вопрос. Аяр странным взглядом оглядел её шубу, разметавшиеся по меховому воротнику незаплетённые волосы. По плечам его пробежала судорога.

Соловейку снова бросило в жар. Что братец тут делает среди ночи? От чего он так смотрит на неё, будто что-то хочет сказать, но ему больно? Неужели он всё знает?.. Она даже отступила на шаг, обернувшись: не вернуться ли к князюшке под крыло? Пусть Аяр с ним разговаривает, а она с ним не хочет… не может! Она не виновата! Оно как-то всё само случилось!.. Судорожно выдохнув, Соловейка помотала головой, будто один только взгляд брата заставлял её оправдываться.

Но Аяр не позволил ей никуда сбежать, в один шаг догнал. Он провёл рукой по её волосам, а потом вдруг взял за плечи.

— Я должен сказать, я… – он с трудом оторвал взгляд от её волос и взглянул в лицо. – Знаешь, может, Корьян и прав и я просто малодушничаю. Но сейчас, знаешь, всё может измениться. Кто знает, до чего додумается отец, но я всё приму. Мне только нужно знать, что… Соловейка!

Аяр сильнее сжал её плечи, вглядываясь в лицо, и Соловейка стало не по себе. Она еще больше захотела сбежать, совсем не понимая, о чем он так сбивчиво пытался сказать. Но братец вдруг глубоко вдохнул, выдохнул и выпалил:

— Я люблю тебя, Соловейка! Я так давно люблю тебя.

Соловейка оцепенела, забыв выдохнуть. В это невозможно поверить, что он говорит? А Аяр всё сильнее распалялся, он вдруг обхватил её за плечи и прижал к себе, как прижимал сотню раз, но теперь всё было по-другому. Он дышал в её волосы, в потом судорожно поцеловал в макушку, в висок, в скулу. Она узнала это жаркое дыхание и упёрлась руками ему в грудь. Почему же они столкнулись именно сейчас, когда её бёдра всё еще влажные от княжьей любви?

— Аяр, – прошептала она, отворачивая лицо от его жадных поцелуев. – Аяр! Прошу, остановись! Ты же брат мне! Брат!

— Не могу перестать думать о тебе. Какой же я тебе брат, Соловейка?.. Ты же всё знаешь!.. Каждый час я мечтаю о тебе.

Аяр обхватил руками её лицо, поворачивая к себе, в глазах его мешалось отчаяние с желанием. Он наклонился, и Соловейка вдруг поняла, что он её сейчас всё равно поцелует! Как только что целовал князь! Испугавшись, она толкнула брата в плечи и отшатнулась.

— Не делай этого, Аяр! Аяр! Очнись, прошу тебя!

Он изумлённо замер, будто она его ударила. А может, и ударила, Соловейка точно не помнила, все жесты, движения и мысли смешались. От неожиданно взвившегося страха у неё задрожали колени. Захотелось упасть на землю, зарывшись ладонями в холодный снег, и умыть им и себя, и Аяра. Что он такое говорит? О чем он? Зачем?!

— Но ты… Разве мы не чувствуем с тобой одно? Разве ты и сапожок мне бросила просто так и обнимала так ласково… – он будто захлебнулся словами, окинул взглядом лес над ней, а потом схватился за грудь и еще тише спросил: – Разве ты не любишь меня?