Книга Граф и гувернантка, страница 17 – Джулия Куинн

— Наверное, вам стоит…

— О нет, не позволяйте мне вас остановить. Я поистине наслаждаюсь вашими прикосновениями.

Энн вскинула бровь:

— Сарказм вам не к лицу.

— Верно, – согласился граф, – и так было всегда. К тому же это не был сарказм.

Энн не могла себе позволить всерьез задуматься над этим утверждением, а потому прижала платок к ране на плече и поспешно предупредила:

— А вот сейчас точно будет жечь.

— А-а-а-а-а! – взвыл граф, и Энн, не удержавшись, рассмеялась.

Его голос звучал не лучше, чем у бездарного оперного певца или одного из персонажей кукольного представления «Панч и Джуди».

— Вам стоит делать это почаще, – заметил граф. – Я имею в виду смеяться.

— Да, но не получается. – Ответ прозвучал не слишком оптимистично, и она поспешно добавила: – Мне не так уж часто выпадает возможность помучить взрослого мужчину.

— В самом деле? А мне показалось, вы делаете это постоянно.

Энн в недоумении посмотрела на него.

— Когда вы входите в комнату, даже воздух меняется.

Рука Энн застыла в воздухе – в дюйме от его тела, – и она посмотрела ему в глаза: ничего не могла с собой поделать. И что же увидела? Неприкрытое желание. Он хотел ее. Хотел, чтобы она подалась вперед и коснулась его губ своими. Это же так просто, стоило лишь чуть наклониться. Энн могла бы сказать, что это не специально, просто потеряла равновесие и все, но знала, что делать этого не стоит. Это не ее мир. Он граф, а она… Она та, кем заставила себя стать, та, кому не пристало флиртовать с графом, тем более с таким, чье прошлое омрачено скандалом.

Вскоре на него обрушится поток всеобщего внимания, и Энн не хотелось оказаться рядом с ним, когда это произойдет.

— А теперь мне действительно нужно идти, – сказала Энн.

— Куда?

— Домой. Я очень устала. День выдался долгий и непростой.

— Я вас провожу, – предложил граф.

— В этом нет необходимости.

Граф взглянул на Энн, оттолкнулся от стены и, поморщившись, поднялся на ноги.

— Как вы намереваетесь добраться до дома?

— Пойду пешком.

— До Плейнсуорт-хауса?

— Это недалеко.

Граф нахмурился:

— Да, но не для леди без сопровождения.

— Я гувернантка.

Кажется, эти слова его позабавили.

— А что, гувернантка не леди?

Энн вздохнула с нескрываемым раздражением:

— Со мной все будет в порядке! К тому же улицы хорошо освещены и наверняка полны экипажей.

— Но от этого мне не легче.

Да уж, упрямства ему не занимать.

— Знакомство с вами – честь для меня, – решительно произнесла Энн. – А теперь, уверена, вас ждут родные.

Его пальцы сомкнулись на ее запястье.

— Я не могу позволить вам отправиться домой без сопровождения.

Губы Энн слегка приоткрылись. Кожа графа была такой теплой, а ее собственная и вовсе едва не воспламенилась от его прикосновения. Какое-то странное и смутно знакомое чувство всколыхнулось в ее душе, и она с ужасом поняла, что это желание.

— Уверен, вы это понимаете, – еле слышно пробормотал граф, и Энн едва не сдалась.

Ей хотелось этого – той девушке, которой она когда-то была, очень этого хотелось, ведь она так давно не открывала свое сердце и душу, чтобы выпустить ее на волю.

— Вы не можете никуда идти в таком виде! – заметила Энн.

И это была правда: лорд Уинстед выглядел так, словно сбежал из тюрьмы.

Граф пожал плечами:

— Так проще остаться неузнанным.