Книга Граф и гувернантка, страница 81 – Джулия Куинн

Энн фыркнула, с трудом подавив смех.

— Не только неприлично, но и нелепо.

— Но, по правде говоря, мое лицо еще никогда не было столь красочно расписанным, – притворно вздохнув, произнес граф.

— Оно и впрямь напоминает радугу, – согласилась Энн. – Я вижу красные пятна… оранжевых и желтых нет, но зеленые, синие и фиолетовые проступают отчетливо.

— Вы забыли упомянуть индиго.

— Вовсе нет, – чопорно, как истинная гувернантка, возразила Энн. – Я всегда считала этот цвет ненужным дополнением к спектру. Вы вообще когда-нибудь видели радугу?

— Пару раз.

— Довольно трудно разглядеть границу между синим и фиолетовым, не говоря уже об индиго.

Дэниел на мгновение замолчал, а потом его губы дрогнули в улыбке:

— А вы об этом много размышляли.

Энн постаралась сохранить серьезность:

— Разумеется.

Эта была самая нелепая беседа в ее жизни, но в то же время такая замечательная! Ну как тут не рассмеяться!

Дэниел последовал ее примеру. Лишь когда к их столу подошла служанка с двумя кружками горячего чая, смех стих. Энн тотчас сжала свою в ладонях и блаженно вздохнула. Дэниел сделал глоток и передернулся, когда горячая жидкость заструилась по горлу.

— И все-таки я неотразим: весь в синяках и царапинах. Пожалуй, мне пора начать писать мемуары о своих ратных подвигах. Драка с Маркусом лишена всякой пикантности, поэтому придется кое-что присочинить.

— Не стоит забывать о напавших на вас бандитах, – напомнила Энн.

— Да это вообще неинтересно, – сухо произнес граф.

Энн улыбнулась: мало кто из мужчин способен признать, что был не на высоте.

— Как считаете, – произнес граф, горделиво подбоченившись, – может, стоит придумать историю про схватку с диким кабаном? Или, может, про бой с пиратами на саблях?

— Ну, это зависит от того, кто был вооружен, вы или пираты, – ответила Энн.

— Конечно же, пираты. Ведь история о том, что я справился с ними голыми руками, произведет большее впечатление – с этими словами граф начал размахивать руками, имитируя жесты древнего восточного воина.

— Перестаньте! – со смехом взмолилась Энн. – На вас все смотрят.

Однако лорд Уинстед лишь пожал плечами.

— Да все равно будут смотреть, ведь я отсутствовал целых три года.

— Да, но они примут вас за сумасшедшего.

— Имею право на несколько эксцентричное поведение, – Дэниел одарил Энн ослепительной улыбкой и забавно поиграл бровями. – Одно из преимуществ титула.

— Не денег и не власти?

— Да, это тоже играет роль, – не стал отрицать Дэниел, – но прямо сейчас я наслаждаюсь собственной эксцентричностью. И синяки мне в этом только помогают. Вам так не кажется?

Закатив глаза, Энн сделала еще один глоток чаю.

— Возможно, нужен еще и шрам, – принялся рассуждать лорд Уинстед, указывая на собственную щеку. – Что скажете? Вот здесь, например. Я мог бы…

Но Энн его больше не слушала: рука, которой он провел воображаемую линию от виска до подбородка, превратилась перед ее мысленным взором в уродливую длинную рану. Совсем как у… Она видела эту рану собственными глазами, когда Джордж сорвал с лица повязку в кабинете своего отца.

Энн поспешно отвернулась и судорожно вздохнула. Легкие сдавило будто тисками, а на грудь словно лег огромный груз. Ей казалось, что она задыхается, тонет и отчаянно ловит ртом воздух. Господи, но почему с ней это происходит? Ведь прошло столько лет с тех пор, когда она испытывала такие неожиданные приступы ужаса, и ей казалось, что все это давно позади.