Книга Не шей ты мне, матушка, красный сарафан, страница 89 – Вера Мосова

— Как хорошо, что отец понял сына, – вздохнула Нюра. – А мой папенька нашего старшего братца силой женил, и вся жизнь у него теперь наперекосяк пошла.

И она рассказала печальную историю Ивана, за которого у Нюры вся душа изболелась. Может, женись он тогда на Алёнке и жил бы сейчас счастливо. И столько людей были бы живы. И Алёнка, и её ребёнок, и Лукерья.

Натали настолько прониклась этой историей, что даже смахнула слезинку. Но долго печалиться женщинам не дали их мужья, шедшие навстречу. Не дождавшись своих жён, они уже отправились на поиски. Павел сказал, что им с Аннушкой пора возвращаться домой, и Никоновы вызвались их немного проводить. Все вместе они неспешно прошлись по Александровской улице до Уктусской и распрощались на перекрёстке. Нюра с Натали на этот раз расстались почти подругами, договорившись, что непременно встретятся в ближайшее время.

— Ну, что, Аннушка, зря волновалась? Не так уж страшно в гостях оказалось? – с улыбкой спросил Павел Иванович, шагая рядом с женой.

— Да, мне очень понравилась эта семья, – улыбнулась в ответ Нюра. – Добрые, открытые люди. И мне кажется, что мы с Натали могли бы даже подружиться. А то мне так одиноко тут. Нет, ты не подумай, я не о тебе говорю, мне с тобой очень повезло, честное слово! – она снова улыбнулась и посмотрела в глаза мужу. – Не обижайся, но ты ведь на работе весь день, а у меня больше нет тут близких людей.

— Да, я тебя понимаю. Вот когда у нас будет малыш, тогда тебе скучать не придётся, – ответил на это Павел.

— Ну, это когда ещё будет, только к Рождеству! – возразила Нюра.

— Что к Рождеству? – не понял Павел.

— Как что? Ребёнок!

— Ты хочешь сказать, что… что… – остановился Павел и повернулся лицом к жене, держа её за локоть.

— Да, я говорю тебе, что к Рождеству у нас родится ребёнок!

— Аннушка! Ты даже не представляешь, как порадовала меня! Хочешь, я сейчас возьму тебя на руки и понесу до самого дома?! – воскликнул Павел.

— Да ты что! Тише! Уже прохожие оборачиваются! – успокаивала Нюра мужа, а сама смеялась, ей приятна была эта его радость.

— А чего ж ты молчала? Почему скрывала от меня? – начал допытываться он.

— Я не скрывала, просто не была уверена, – смутилась Нюра.

— А теперь уверена?

— Теперь уверена! – снова рассмеялась она.

Тёплые майские денёчки манят людей на природу. И хотя сейчас самая пора работать в огородах да на полях, молодёжь, радуясь первой зелени, всё равно находит время для отдыха и веселья. Тихий вечер опускается на землю, дурманя ароматами свежих трав и первых нежных листочков. С пруда доносятся весёлые голоса, парочки катаются на лодках. Повернувшее к закату солнце резво играет в ряби воды.

Егор закончил работу и ждёт Ефима, который должен его сменить. Он сидит возле кузни на берегу пруда и строит планы. Сейчас он заскочит домой, умоется, переоденется в чистую рубаху и пойдёт к Сану. Каждое воскресенье спешит он туда, чтобы поиграть с крестником, повидаться с младшим братом да передать ему последние новости. Сано по-прежнему не кажет носа в родительский дом, и Егор пытается хоть так поддерживать его связь с семьёй. Хотя, чего уж обманывать-то самого себя? Ходит он туда ради Маруси. Ему бы хоть одним глазком поглядеть на неё, да и довольно. А уж если она ему улыбнётся или невзначай слегка коснётся рукой, подавая Тимошу, душа его обмирает. Он потом всю неделю живёт этими ощущениями. Время от встречи до встречи с ней тянется медленно и уныло. Понимает парень, что негоже это, силится забыть братову жену, не думать о ней, не вспоминать, но тщетно. Уж сколько раз зарекался он ходить туда пореже, но ноги как будто сами несли его. Без Маруси Егор тосковал, маялся, не знал, куда себя девать. Не спасала даже работа. Он попытался ухаживать за заводскими красавицами, но понял, что другие девушки ему совсем не интересны, и оставил эту затею.