Книга Девушка в муслиновом платье, страница 54 – Джорджетт Хейер

— Пожалуйста, позвольте мне сесть в нее, – попросила она и, заметив, что его глаза готовы вылезти из орбит, добавила: – Я бегу от смертельной опасности! Ах, умоляю вас, скажите быстрее, что вы позволите мне сесть в вашу телегу!

Голова юного мистера Нинфилда шла кругом, но так как мать всегда внушала ему, что он должен быть вежлив по отношению к знатным особам, он произнес глухим голосом:

— Милости просим, мисс.

— Не так громко! – попросила Аманда. – Я вам очень признательна. Как мне залезть на нее?

Он перевел взгляд с лица девушки на платье из тонкого муслина и хриплым шепотом сказал:

— Вам туда нельзя. Там несколько рогожин, десяток куриц-молодок и пара бушелей^[9] растопки.

— Это не имеет значения. Если вы поможете мне влезть на телегу, я накроюсь этими мешками и меня никто не увидит. Ну помогите же мне!

Этот подвиг был вполне по силам мистеру Нинфилду, но от мысли, что он сейчас прикоснется к этой хрупкой красавице, он едва не лишился чувств. Она явно была полна решимости ехать в его телеге, и ему пришлось подчиниться. Он очень осторожно, как если бы в его руках была лучшая посуда его матери, поднял Аманду и остановился в нерешительности. Она была легкая как перышко, и от нее исходил приятный фиалковый аромат. Продолжая держать ее в руках, словно младенца, он сказал:

— Я не хочу этого делать. Вы испачкаете свое красивое платье!

— Джо! – неожиданно позвала миссис Шит из гостиницы. – Джо!

— Быстрее! – взмолилась Аманда.

Это решило исход дела. Мистер Нинфилд проглотил подступивший к горлу комок и аккуратно опустил Аманду на телегу. Она немедленно легла на настил и скрылась от его изумленного взгляда за бортом телеги.

— Я чуть не забыла передать вишневое варенье для твоей матери, Джо! – визгливо прокричала миссис Шит из окна кухни. – Подожди, я сейчас принесу его тебе!

— Не выдавай меня! – попросила Аманда чуть слышно и попыталась накрыться пустыми мешками.

Мистер Нинфилд был в замешательстве. Миссис Шит была не только старой подругой его матери, но и его крестной и всегда казалась ему доброй и порядочной женщиной. Опасаясь, что с ней произошла какая-то странная метаморфоза, он с облегчением увидел, когда она вышла во двор, что пухлое лицо ее по-прежнему излучает добродушие. Она подала ему закупоренную банку и попросила, чтобы он обращался с ней очень осторожно.

— И не забудь передать от меня привет своей матери и скажи, что я благодарна ей за яйца. Еще скажи отцу, что Шит не успел договориться насчет дров, так как сейчас обслуживает одного джентльмена, – сказала она юноше. – У нас остановились знатные особы: очень солидный джентльмен и очаровательная юная леди! Похоже, она его племянница. Бедняжке в карете стало плохо и сейчас она лежит в нашем лучшем номере.

Мистер Нинфилд не знал, что ответить ей на это. Он вообще был неразговорчивым, и его крестная не придала большого значения его молчанию. Она наградила его звучным поцелуем, еще раз проинструктировала относительно банки с вареньем и вернулась в дом.

Мистер Нинфилд поднял с земли пустой деревянный ящик и заглянул в телегу поверх борта. Оттуда на него умоляющим взглядом смотрела пара темных блестящих глаз.

— Она ушла? – шепотом спросила Аманда.

— Ага.

— Тогда, прошу вас, давайте мы тоже отправимся побыстрее.