Книга Слишком хорошая жена, страница 5 – Амина Асхадова

Я прохожу на кухню, наливаю воду, но не пью. Просто стою, прислонившись к столешнице.

Телефон снова оживает, и последнее сообщение, которое присылает Мирон, окончательно расставляет все точки над «i», заставляя меня буквально воспламенеть от ненависти и презрения!

«Будет лучше, если ты откажешься от бизнеса в мою пользу. Я буду вести его единолично. На следующей неделе мой адвокат пришлет тебе бумаги для подписи. Взамен, если ты не будешь упрямиться, тебе останется квартира, машина и денежное вознаграждение от доли в бизнесе».

У нас с Мироном был совместный проект по загородной недвижимости. Однажды мы собирались и сами перебраться в дом, но теперь…

Я кладу телефон экраном вниз и впервые за эту неделю позволяю себе сесть на пол. Прямо посреди гостиной. Я обнимаю колени, наклоняюсь вперед и наконец даю себе почувствовать все сразу.

Грусть.

Потерю.

Страх.

Любовь, которой больше некуда просачиваться!

Некуда идти…

Ее некому отправить…

Но под всем этим страхом и ненавистью — во мне живет тихое, упрямое желание жить.

Оно поднимает меня и несет к кровати.

Я снова кладу руку на живот.

— Итак, ты у нас дочка или сынок? Кого мне ждать через девять месяцев? Может, устроим гендер-пати, м?..

Телефон звонит тогда, когда я сижу на полу в гостиной и перебираю коробку с документами — просто чтобы чем-то занять руки. Я даже не сразу понимаю, что это звонок, а не очередной звук из соседней квартиры.

— Ева, ты живая? — голос в трубке слишком бодрый для моего состояния.

Это Лера.

Моя лучшая подруга. Мы познакомились десять лет назад, в университете, в очереди за студенческими билетами. Она тогда пролила на меня кофе и так искренне извинялась, что мы в итоге пошли пить второй вместе. С тех пор она — константа моей жизни.

— Живая, — отвечаю я честно. — Но в горизонтальном режиме.

— Отлично. Значит, собирайся.

— Куда?

— Ты издеваешься? Сегодня благотворительный вечер. Тот самый. Куда вы с Мироном приглашены.

У меня внутри что-то сжимается.

— Я… — я замолкаю, подбирая слова. — Я не уверена, что хочу туда ехать.

— Ева, — она сразу становится внимательной. — Что-то случилось?

Я смотрю на стену напротив. На светлое пятно, где раньше висела наша общая фотография.

— Просто устала, — говорю я. — Хочу побыть дома.

— Нет, — отрезает Лера. — Ты уже неделю молчишь. Я за тебя переживаю. Приезжай, я тебя жду. Мы обещали встретиться тут еще месяц назад!

Я молчу.

— Хорошо, — вдруг говорю я, сама от себя этого не ожидая.

Я соглашаюсь. Не потому что хочу, а потому что понимаю: если не выйду из этой квартиры сегодня, то просто утону в тишине.

После разговора я долго стою у шкафа. Смотрю на платья, которые раньше выбирала с мыслью ему понравиться, но сегодня эта мысль не возникает.

Я даже не знаю, появится ли Мирон на этом вечере? Я слышала, он уехал из города, поэтому и согласилась на предложение Леры.

Я выбираю простое, аккуратное, темное платье. Наношу легкий макияж, больше по привычке, чем из желания. В зеркале на меня смотрит женщина, которая очень старается держаться.

Пальто ложится на плечи тяжело. Я закрываю дверь квартиры и на секунду задерживаю руку на ручке.

В такси я смотрю в окно и ловлю себя на странной мысли: еще недавно я ехала бы туда с Мироном, держась за его руку, обсуждая, кого встретим, над кем будем потом иронизировать по дороге домой.