Книга Нестандартное обучение, страница 33 – Татьяна Берест

И в этот момент —

резкое движение.

Не как у Костяна.

Без плавности.

Жёстче.

Точнее.

Как будто меня просто перехватывают, не давая времени ни на мысль, ни на решение.

Я сбиваюсь окончательно.

Дмитрий рядом.

Слишком близко.

И голос — низкий, ровный, без единого сомнения:

— Не думай.

Пауза короткая, почти незаметная.

Пальцы сжимаются сильнее.

— Ты уже выбрала.

Движение меняется резко.

Не плавно, не как раньше.

Жёстче.

Но не больно — просто иначе. По-другому держит, по-другому ведёт, как будто подстраивает под себя без лишних объяснений.

Руки скользят вдоль позвоночника.

Медленно.

С нажимом.

Пальцы проходят по коже так, что по спине сразу идёт дрожь — не резкая, а тянущая, глубокая, от которой снова сбивается дыхание.

Я закрываю глаза.

Снова этот туман.

Снова теряюсь в ощущениях, в этом странном состоянии, где уже не разобрать, что я хотела секунду назад и хочу ли вообще что-то сейчас.

Он не останавливается.

Ритм другой.

Жёстче.

Сорванный.

Как будто в нём что-то окончательно отпустило.

И сквозь это —

голос.

Низкий.

Спокойный.

Дмитрий.

— Даже не думай, — говорит он негромко, но так, что это сразу слышно.

И уже тише, с той самой холодной насмешкой:

— Я этот рот потом целовать буду.

Меня просто уносит.

Такого не было — ни в работе, ни в жизни, ни с кем. Всё слишком остро, слишком глубоко, как будто меня выдернули из привычного и держат там, где нет ни правил, ни защиты.

Я почти не держу себя.

Только чувствую.

И это ощущение накрывает волнами.

Костян рядом.

Снова ближе.

Губы касаются уха — не резко, а почти лениво, но от этого только сильнее пробирает. Тёплое дыхание по коже, и я невольно вздрагиваю.

Он чуть прикусывает мочку, потом проводит губами ниже, задерживаясь, как будто растягивает каждую секунду.

И шёпотом, прямо в ухо, с этой хриплой, тёплой насмешкой:

— Смотри, как тебя ведёт… — тихо, почти ласково, но в голосе сквозит что-то темнее. — Не думай сейчас...

Пальцы сжимаются сильнее.

Он не отстраняется.

— Ты сама сюда пришла, Ника… — ещё тише. — Просто раньше не знала, что так можешь.

Я теряю равновесие почти полностью.

Ритм ломается, становится резче, глубже, так, что дыхание перехватывает, и если бы не его руки на бёдрах — крепкие, удерживающие, — я бы просто не удержалась.

Всё внутри снова срывается.

Я уже не контролирую ни дыхание, ни тело — только цепляюсь за ощущения, которые накрывают слишком сильно.

И в этот момент —

с другой стороны.

Холоднее.

Контрастно.

Дмитрий.

Я чувствую его раньше, чем осознаю — дыхание у самого уха, спокойное, почти ровное, будто его это не выбивает, а наоборот собирает.

Губы едва касаются кожи.

И голос — низкий, тихий, но с той самой сталью, от которой внутри всё сжимается сильнее:

— Смотри не привыкай к простому, Ника.

Пальцы на бёдрах сжимаются сильнее.

— Потом сложнее будет отучиться.

Дыхание сбивается окончательно.

Рваное, короткое, как будто воздуха не хватает, а тело всё равно не останавливается, не даёт передышки. Я уже почти не осознаю, где я, что происходит — только ловлю обрывки ощущений, слишком сильных, чтобы их игнорировать.

Сзади — Дмитрий.

Его движения

Резкие.

уверенные.

Без попытки смягчить или подстроиться — он просто ведёт, и от этого внутри снова всё сжимается, сбивается, ломается.

Руки держат крепко.