Книга Графиня Оболенская. Без права подписи, страница 114 – Айлин Лин

— Слушаю.

— Вы найдёте Пчелина и удержите его так, чтобы он не успел исчезнуть, или не успел повеситься от раскаяния, ежели у него вдруг проснётся совесть. Мне нужно, чтобы он ответил не только передо мной.

— Это я вам обещаю.

Фрезе назвал адрес письмоводителя и Громов поднялся. Попрощавшись с хозяином дома, пошёл на выход.

— Егор, — негромко окликнул он Лаптева, спускаясь с крыльца, — найди этого хитрована. И спрячь так, чтобы никто не нашёл до следующего заседания.

— Понял. Но сначала доставлю вас до дома.

* * *

Пчелин жил на Петербургской стороне, в доходном доме с облупленными воротами и двором-колодцем, где даже днём стоял сумрак. Дворник, увидев Лаптева, сразу нашёл себе занятие у сараев и сделался глух и слеп.

Егор поднялся на третий этаж. Дверь Пчелин открыл не сразу. За ней долго шаркали, чем-то звякали, глухо ругались. Пришлось постучать ещё раз и настойчивее и, наконец, шаги приблизились.

— Кто там?

— Евгений Пчелин?

— Да. И что?

— Нам надо поговорить.

— Пф! Проваливай! — донеслось из-за закрытой двери.

— Тут вам передать велено. И ещё деньги, — Егор вынул несколько монет и потряс ими. Мелодичный звон не остался незамеченным. Вжикнул затвор и створка приоткрылась.

— Давай сюда и провали… — заговорил было Пчелин, но Лаптев ловко просунул носок сапога в щель, затем резко толкнул дверь плечом и спокойно вошёл.

Перед ним в полной растерянности, раззявив рот, испуганно замер невысокий человек лет тридцати пяти, в домашнем сюртуке, небритый, с бегающими глазами.

— Давай, шагай, — мотнул головой Лаптев. — И не вздумай шуметь, иначе сильно пожалеешь.

Пчелин, икнув, суматошно развернулся и прошёл в гостиную. Квартира была тесная и неухоженная. На столе остатки ужина, на стуле смятая рубаха, у окна сундук с наваленными поверх бумагами, ещё одна дверь, вероятно, за ней была спальня.

— Вы кто т-такой? — Евгений отступил на два шага, и застыл. — П-по какому праву врываетесь?..

Егор специально выдержал паузу, отчего глазки Евгения забегали пуще прежнего.

— Заключение касательно Оболенской, зачем подсунул Ивану Устиновичу на подпись?

— Я не понимаю, о чём вы… — Пчелин побледнел так, будто сей момент отдаст концы.

Лаптев шагнул ближе.

— Понимаешь. С первого слова понял. Кто заказал?

— П-пошёл вон, — взвизгнул мужчина, трясущимся пальцем ткнув в сторону выхода.

Егор ударил его ладонью по щеке — хлёстко и жёстко.

— Ещё раз. Кто заказал?

Пчелин прижал руку к горящей щеке, отступил на шаг и часто заморгал.

— Это Штейн приходил, — выдохнул он наконец, когда понял, что человек напротив настроен серьёзно.

— Сколько заплатил?

Евгений закрыл глаза и назвал сумму.

— Ладно, — кивнул Лаптев. — Надевай пальто.

— З-зачем… Куда?..

— В участок. Там доскажешь.

— Я никуда не пойду!

— Пойдёшь. Ещё как пойдёшь, — оскалился Егор, и Пчелин судорожно вздохнул, едва не подавившись воздухом.

Через пять минут они оба спустились на первый этаж, вышли на улицу и сели в ожидавшую за углом пролётку.

В участке их приняли без лишних вопросов. У Лаптева там были свои люди. Дежурный только скользнул взглядом по Пчелину и велел отвести задержанного в отдельную камору.

— До завтра посидит, — проворчал он. — А после уж решайте, что с ним делать и лучше по закону.

— По закону и решим, — кивнул Егор.