Книга Жгучий перец драконьего лорда, страница 131 – Марина Эльденберт

— Ты думала, — продолжает он, — что будешь делать все, что захочешь, и тебе ничего за это не будет? Думала, самое страшное — это то, что создал Лиорей? Во всех мирах существуют тысячи очень неприятных заклинаний. Я уже не говорю об обычных наказаниях. Или пытках. Я вложил в тебя деньги, девочка, свои деньги. И мне не нравится, как ведет себя мое вложение.

Он наклоняется ближе и закрывает мне свет. Я чувствую, как колотится мое сердце в груди, а еще слышу собственное дыхание. Его рука сжимается на моей шее, перекрывая доступ кислорода, и… это то, чего я ждала.

Я позволяю коленям подогнуться.

Не до конца. Ровно настолько, чтобы это выглядело правдой.

Мир качается. Я хватаюсь за него обеими руками — резко, неловко, как хватаются тонущие. Мои пальцы скользят по его запястью, по бедру. Я слышу Феодорин смешок и чей-то резкий вдох.

Он ругается сквозь зубы и перехватывает меня крепче.

И в этот миг — в одну, единственную секунду — моя ладонь находит карман.

Артефакт холодный. Слишком холодный. Он будто узнает меня — и от этого боль прошивает пальцы, поднимаясь выше, в запястье. Я почти вскрикиваю, но превращаю это в хрип, в слабость, в унижение.

Пальцы сжимаются. Я дергаюсь — как от боли, как от страха, как от прикосновения.

Он толкает меня назад.

Падение на копчик чревато визитом к остеопату, но это уже неважно. Доски настила встречают мою задницу твердостью, от которой простреливает весь позвоночник. Руки дрожат, я прижимаю их к груди, будто защищаясь.

В кулаке — моя жизнь и моя смерть. Мой шанс.

Он смотрит на меня сверху вниз, презрительно. На мгновение кажется, что он сейчас сплюнет, но, видимо, местный бутик должен оставаться чистеньким, потому что ничего такого не происходит.

— На диван ее, — бросает он охране. — Следите за каждым движением, за все, что она выкинет, отвечаете собственной шкурой.

Меня поднимают и тянут прочь, а я не поднимаю головы. Не позволяю себе улыбнуться. Не позволяю себе выдохнуть.

Потому что если он сейчас сунет руку в карман — я умру.

На этой мысли в шатер ныряет мальчишка.

— Здрасьте, — гнусавит он, потирая пятерней растрепанные волосы, — мой господин прислал меня узнать, есть у вас что-то новенькое?

Его голос кажется мне знакомым, я впериваю в него взгляд, и…

И понимаю, что это не мальчишка. Это девочка, просто переодетая.

Это Глория.

Но, к моему величайшему ужасу, это понимает и Феодора, которая тыкает в нее пальцем и кричит:

— Это девчонка Аюилисов! Они пришли за землянкой!

Мой кулак врезается в кадык пытающегося перехватить меня охранника, а я рывком бросаюсь через весь шатер к Глории и тащу ее за собой наружу с криком:

— Бежим!

— Мы готовы к захвату, ваше величество! — отчитался один из генералов Кириану.

Несмотря на то, что все Бюро стояло на ушах, мы потратили несколько часов на организацию захвата Невольничьего рынка, куда утащили Алису. В том, что она там, сомнений не осталось. Агенты уже успели собрать информацию и подтвердили, что продавец, о котором говорили Аюилисы, сегодня выставил на продажу землянку.

Гартиан тут же собрал оперативных агентов, а Кириан — военных драконов. Они должны были работать сообща, чтобы накрыть Невольничий рынок… Но был нюанс.

Алиса могла пострадать во время захвата.

И ни я, ни Гартиан не собирались ей рисковать.