Книга Внезапная смерть, страница 57 – Дэвид Розенфелт

— Ещё бы.

Как раз когда я уверен, что не могу чувствовать себя глупее, подходит женщина и целует Сэнди в щёку.

— Вы, должно быть, друг Лори Энди, — говорит она, протягивая руку. — Она рассказала нам всем о вас, когда была здесь.

Сэнди представляет женщину как Дженни, свою невесту. Я улыбаюсь сквозь боль; я почти слышу, как Лори смеётся надо мной в Патерсоне. Мелькает мысль, что, может быть, мне вообще не стоит возвращаться домой, что я могу избежать унижения, прожив остаток жизни в Европе, Азии или на Плутоне.

Но пока я просто прощаюсь, забираю Адама и еду в Милуоки. Я могу решить, куда ехать, когда доберусь до аэропорта.

Я выбираю дорогу домой и в самолёте размышляю о том, что я видел в Финдли. Я уверен, что у него есть свои недостатки и проблемы, как у любого другого города, но он кажется хорошим местом для жизни в классическом «американа» стиле. Я понимаю, что Лори должна чувствовать, и как тяжело было быть вырванной оттуда.

Если эти чувства хоть сколько-нибудь похожи на мои к Патерсону, я скоро буду спать один. Патерсон — часть меня и всегда будет. Мне даже нравятся его особенности, такие как тот факт, что все его знаменитые граждане являются вторыми в том, что они сделали. Луис Сэйбин, учёный из Патерсона, изобрёл оральную вакцину против полиомиелита. Это было бы более значимо, если бы не Джонас Солк, который был первым. Ларри Доби из Патерсона был вторым чернокожим бейсболистом, через три месяца после Джеки Робинсона. Даже Лу Костелло, возможно, самый известный человек из Патерсона, был вторым после Бада Эбботта.

Лори встречает меня в аэропорту, когда наш самолёт приземляется. Мой общий план — извиниться и попросить у неё прощения за моё тайное вмешательство; это нюансы плана извинений, которые я ещё не продумал. Например, я ещё не решил, включать ли в процесс мольбы, стоны, хныканье, сопли и слюни. Мне нужно будет посмотреть, как пойдут дела, и действовать по обстоятельствам, но я, конечно, не планирую позволять таким вещам, как достоинство и самоуважение, мешать.

Адам прощается, и мы с Лори идём к её машине. К моему большому удивлению, она начинает вводить меня в курс событий по расследованию.

— У нас есть хорошие новости и плохие, — говорит она. — С чего хочешь начать?

— С плохих.

— Я нашла свидетеля, который слышал, как Кенни и Престон ссорились в ночь убийства, — говорит она.

— Дилан уже добрался до него?

Она кивает.

— Теперь да. Парень боялся выходить вперёд. Не хотел становиться Като Кейлином, когда дерьмо попадёт на вентилятор.

Она ссылается на ключевого свидетеля по делу О. Джей Симпсона, который стал мишенью для шуток в ночных телешоу в течение нескольких месяцев.

— Надеюсь, хорошие новости действительно хороши, — говорю я.

— Думаю, да. Свидетель слышал ссору, когда Кенни подвозил Престона к его дому. Он видел, как Престон вышел из машины и машина Кенни уехала.

Она права; это очень хорошие новости. Чтобы Кенни совершил убийство позже той ночью, он должен был бы вернуться. Если бы он собирался это сделать, зачем уезжать в первую очередь? Это не оправдывает его никоим образом, но даёт больше оснований утверждать, что кто-то другой появился на сцене той ночью.

— Он сказал, о чём они спорили? — спрашиваю я.

— Не совсем… он слышал только обрывки. И он на самом деле не видел Кенни, но опознал машину. Я написала полный отчёт; копия на твоём столе, и одна есть у меня.