Книга Казанский мститель, страница 71 – Евгений Сухов

Громкий раскатистый выстрел разорвал весенний воздух и пронесся над поверхностью озера в глубину леса. Пуля, попав зверю в правый глаз, пробила череп и навсегда усыпила людоеда-шатуна. Он рухнул навзничь в снег, раскинув мощные лапы, и оставшийся целым глаз его стал втягиваться в глазницу и заметно тускнеть. Кондратий Никифорович осторожно приблизился, перезарядил ружье и, прицелившись и невзирая на то, что медведь явно был мертв, выстрелил туда, где у него находилось сердце. Так поступают не с добычей. Так поступают с личным врагом.

* * *

Как передаются вести по городам и весям — про то разговор особый. То ли сорока на хвосте приносит, то ли молва имеет свойство распространяться по воздуху и попадать в умы человеков, просачиваясь сквозь черепную коробку, как вода через губку. Как бы там ни происходило, об уничтожении медведя-людоеда сначала узнали в Починках, а затем и в самом Нижнем Новгороде, потому как главный город губернии получает информацию как из ближних, так и далеких уголков округа. И совершенно не важно, какая она — негативная или положительная.

По прошествии четырех дней после двух выстрелов лесничего в медведя-шатуна, отправивших его к своим дедушкам и бабушкам, возле ворот кордона Кондратия Никифоровича Чагина остановился возок. Богатый, с вензельками и гербом на дверцах и медной короной на крыше кузова. Возок сей был явно предназначен для выездов в неблизкий выезд какой-то знатной или чиновной особы высшего ранга. Из возка вышел человек в пальто из шинельного сукна и фуражке без выпушек^[30], с круглой статской кокардой на околыше. Подошел к воротам и, убедившись, что они заперты, вернулся в возок явно с целью ожидания хозяина кордона до его возвращения. Верно, очень уж был надобен человеку в фуражке без выпушек здешний лесничий.

Ожидание прибывшего чиновника закончилось успехом только поздним вечером. Кондратий Никифорович возвращался из земской больницы — он навещал сына — и увидел возле ворот кордона богатый возок. Что это приехали к нему — сомнений не имелось. Только вот кто приехал и, главное, с какой такой целью?

Когда лесничий стал открывать ворота, человек в пальто из шинельного сукна и статской фуражке вышел из возка, подошел к нему и представился. Оказалось, что это был служащий губернского правления, присланный нижегородским губернатором генерал-лейтенантом Барановым лично за ним, Кондратием Никифоровичем. На вопрос, почему губернатор послал именно за ним и по какой такой надобности, человек нижегородского губернатора замялся и ответил только, что сказывать ему об этом не велено и об этом ему поведает сам их превосходительство Николай Михайлович Баранов.

— А мне велено только привезти вас в Нижний, — добавил человек губернатора.

Решили ехать раненько поутру.

Переночевали в доме, на дорожку сытно позавтракали чем бог послал и покатили! Отправились в шестом часу утра, и на первой же почтовой станции заправили горящими углями чугунный сундучок, что находился в возке, укрытый меховой полостью. После чего двинулись дальше.

Ехать в обитом бархатом возке было одно удовольствие: тепло (сундучок стоял в ногах и грел); мягко — имелся в возке широкий диван с перинами и теплыми пледами из толстой шерсти, и вообще уютно. Спи себе всю дорогу и в ус не дуй. В таком возке не то что двести, — тысячу верст проехать можно легко и приятственно.