Онлайн книга «Тайна старого саквояжа»
|
В месте, где огород одним концом через неширокий проход примыкал к запертому сараю, шашка урядника Спешнева проткнула что-то твердое. По крайней мере, тверже земли. Он выдернул ее и понюхал, а потом громко выкрикнул: — Есть! К нему подбежал Гатауллин, тоже понюхал шашку и поспешил вместе со Спешневым в усадьбу. Скоро оттуда вышли Воловцов с Уфимцевым и Яков Семенович и Прасковья Владимировна Поповы. Старики были взволнованы и едва сдерживали слезы. Когда все подошли к месту, куда до этого воткнул шашку урядник Спешнев, Иван Федорович глянул мельком на Козицкого, толокшегося неподалеку и наблюдающего за действиями полицейских. Взглядами судебный следователь и управляющий не встретились. После недавнего разговора Самсон Николаевич явно избегал смотреть в глаза судебному следователю Воловцову. Но Иван Федорович каким-то чутьем понял, что Козицкий если и волнуется, то несильно. Он не был напряжен и лишь искоса посматривал в сторону группы полицейских. — Копайте, только… осторожно… — предупредил сдержанно Воловцов. При этих словах судебного следователя Прасковья Владимировна как-то со всхлипом вздохнула, и все разом посмотрели на нее, в том числе и Козицкий. Иван Федорович, искоса наблюдавший за управляющим, и пристав Винник, которому было поручено не спускать с него глаз, одновременно отметили для себя, что во взгляде Козицкого промелькнуло сожаление. Только вот отчего: ему было жалко, что они потеряли сына, или он знал, что под землей вовсе не тело Попова? Урядники стали копать. Как и было велено, осторожно. Земля выдалась рыхлая, и буквально через минуту на глубине чуть более полусажени был обнаружен труп… собаки. Уездный врач, который тоже присутствовал здесь, больше для того, чтобы оберегать здоровье и самочувствие престарелых родителей Попова, наклонился над трупом: — Она еще не совсем разложилась… — То есть вы хотите сказать, что она умерла совсем недавно? — спросил лекаря Воловцов. — Именно так. Точно я вам сказать не могу, но собака была жива еще месяц назад, — ответил уездный врач. — И она не умерла… — Что вы хотите этим сказать? — быстро спросил уездный исправник Уфимцев. — Собаку убили выстрелом в голову, — ответил врач. — Видите, вот входное отверстие около лба? Все наклонились над трупом собаки. Кроме Козицкого. — Вижу, — ответил Уфимцев и посмотрел на Воловцова. — Скорее всего, она была убита выстрелом из револьвера. — Да, похоже на это, — констатировал врач и повернул голову собаки. — А вот и выходное отверстие. — Он указал на темную дырочку и отколотый кусок черепа собаки на затылке. — Выстрел был произведен с близкого расстояния в лоб и разнес собаке череп сзади при выходе пули… Воловцов обернулся к Козицкому: — Это ваша собака? — Ну, моя, — хмуро ответил управляющий. — А у вас есть револьвер? — снова спросил Иван Федорович. — Есть… В смысле, был. — Не понял, — остро посмотрел на управляющего судебный следователь. — Так есть у вас револьвер или нет? — Нет, — ответил Козицкий. — Но был? — Был, — не глядя на Воловцова, ответил Самсон Николаевич. — И куда вы его подевали? — продолжал наседать на управляющего имением Воловцов. — Выбросил… — Выбросили? — поднял изумленно брови Иван Федорович. — Такую дорогую, красивую и весьма нужную в хозяйстве вещь? |