Книга Гений столичного сыска, страница 67 – Евгений Сухов

— Присаживайтесь, – дружелюбно предложил Петр Петрович.

— Благодарю вас. – Иван Федорович присел возле обширного стола и вопросительно посмотрел на прокурора Окружного суда. Разговор обещал быть интересным. Воловцова прямо раздирало любопытство.

— На вас жалуется один из наших служащих, не буду называть кто, и я просто обязан как-то отреагировать… – Ляпунов, похоже, не хотел, но сказанная фраза прозвучала с заметными нотками оправдания.

— Понимаю вас, – сочувственно покачал головой Воловцов. – Ну а кто жалуется, можно не называть, я и так знаю. Это судебный следователь Сусальский, верно?

Петр Петрович покосился на Воловцова и на вопрос не ответил. Напротив, он задал следующий вопрос:

— Это правда, что вы ведете двойную игру?

— Не понял… О чем это вы? – Иван Федорович привстал было со стула, но Ляпунов жестом усадил его обратно.

— Прошу прощения, если я выразился несколько двусмысленно, – счел нужным поправиться Петр Петрович. – Но как вы прикажете объяснить тот факт, что под видом опознания небезызвестного Колобова по фотографической карточке среди свидетелей по делу убийства вдовы генерал-майора Безобразова и ее горничной вы проводите следственные действия? А ведь они явно нацелены на то, чтобы оспорить результаты предварительного следствия, проведенного судебным следователем Сусальским? – Окружной прокурор выжидающе посмотрел на Воловцова.

— Во‑первых, никакой игры я не веду, – твердо заявил Ляпунову Иван Федорович. – Называть проведение следственных действий игрой ни у меня, ни, я надеюсь, у вас не повернется язык. Полагаю, вы повторили слова заявителя-жалобщика, что не делает ему чести. Я же привык называть исполнение своих обязанностей службой своему Отечеству, но никак не игрой. И вообще, играть чужими судьбами никогда не входило в мои жизненные планы… – Воловцов глубоко вздохнул, после чего продолжил: – Что касается факта проведения мною следственных действий по свершению двойного убийства на Владимирской улице в ночь на двадцать восьмое августа, так это есть моя прямая обязанность: изыскивать, получать и накоплять сведения и доказательства, необходимые суду для вынесения правильного приговора. Я как судебный следователь по особо важным делам имею полномочия участвовать в ведении следственных действий по уже открытым уголовным делам. И это во‑вторых. Кроме того, я полномочен заводить и новые уголовные дела, если посчитаю это нужным. В‑третьих, относительно того, что мои следственные действия нацелены на то, чтобы «оспорить результаты предварительного следствия, проведенного судебным следователем Сусальским»… – Иван Федорович посмотрел прямо в глаза окружному прокурору. – А откуда это известно? Посудите сами: я что, уже обнародовал полученные мною результаты по этому делу? И они разнятся с данными, наработанными судебным следователем Сусальским? Или я утверждаю, что находящийся под стражею господин Тальский является невиновным?

Пауза, наступившая после этих слов Воловцова, затянулась. Наконец Петр Петрович то ли кашлянул, то ли хмыкнул, после чего произнес:

— А скажите, вы знакомы с полковником Александром Осиповичем Тальским?

— На днях познакомился, – ответил Иван Федорович, не понимая, к чему клонит окружной прокурор.

— А в Москве вы с ним встречались? – задал новый вопрос Петр Петрович и посмотрел куда-то выше головы собеседника.