Книга Гений столичного сыска, страница 70 – Евгений Сухов

А что, если сын медника намеренно оговаривает Константина Тальского? В таком случае под подозрение подпадает сам Алексей Карпухин и, скорее всего, его отец. Чем не новая версия? Очень даже может быть!

Все, с канцелярщиной на сегодня нужно заканчивать. Иван Федорович убрал папки с бумагами в стол, запер его и вышел из кабинета. Спросив, где находится кабинет судебного следователя Пескова, направился к товарищу.

Виталий Викторович был у себя. Он сидел за столом, закопавшись в бумагах, но, когда вошел Воловцов, просиял. С приходом Воловцова, явно зашедшего не просто так, можно было с чистым сердцем забросить куда подальше все эти рапорты и отчеты, опостылевшие хуже горькой редьки. Служба судебного следователя – это не только проведение следственных действий, направленных на изобличение и дальнейшую поимку преступника, но и написание разного рода бумаг, каковых к окончанию следствия по делу набирается целый воз.

— Писанина вконец измотала? – понимающе огляделся Воловцов.

— Ага, – кивнул Виталий Викторович и уныло указал на стол, заваленный бумагами.

— А я к тебе с одной просьбой, – произнес Воловцов. – Нет ли у тебя в знакомых такого человека, который мог бы проследить за одним фигурантом? И чтобы господин судебный следователь Сусальский об этом ничего не знал.

— Ну, сыскного отделения у нас покуда не имеется, – после недолгого раздумья ответил Песков, – но дельный человек найдется. Есть такой в Московской полицейской части у пристава Перова Ивана Петровича – околоточный надзиратель, дельный человек Мухин. Могу поговорить о нем с Перовым…

— Поговори, Виталий Викторович, – попросил Иван Федорович, – в долгу не останусь. Пусть этот околоточный Мухин какое-то время побудет нашим агентом. Походит за сыном медника Алексеем Карпухиным, узнает, где тот бывает, с кем водит дружбу… Человек он молодой, может, девица у него какая имеется… Словом, мне нужно знать о нем все. И даже немного больше, – добавил Воловцов и улыбнулся.

— Да какое там в долгу… Это я у вас в долгу, Иван Федорович, – отмахнулся от Воловцова судебный следователь Песков. – А что касается вашей просьбы, так можете не волноваться: все будет исполнено в лучшем виде, как говорят половые и приказчики.

— Ну, вот и славно, – резюмировал Воловцов. – Пусть Мухин докладывает тебе всякий раз, как только выведает что-либо интересное. Ну а ты, в свою очередь…

— …буду докладывать тебе, – закончил за Ивана Федоровича Песков.

— Именно, – согласился Воловцов. – Только не докладывать, а сообщать, – поправил он Виталия Викторовича и добавил: – Между нами начальников и подчиненных нет.

— Ну, нет так нет, – кивнул Песков. – Жди первых сообщений.

Рязань город не шибко большой. И всего две полицейские части, на которые делится город: Московская и Астраханская. Соответственно, два пожарных депо и одна вольная пожарная дружина Рязанского пожарного общества под председательством его основателя, губернатора и шталмейстера Двора Его Императорского Величества генерал-майора Николая Семеновича Брянчанинова.

В городе две тысячи жилых домов и чуть более полутысячи керосиновых фонарей, освещающих Городской и Губернского земства сады; пятнадцать площадей, пятьдесят четыре улицы, четырнадцать переулков и три тупика.