Книга Книжный клуб «Детективы по вторникам», страница 29 – Пьерджорджо Пуликси

— Двадцать секунд, – объявил он неумолимым голосом. В нем не было иностранного акцента.

Сильвана зажмурилась. От ужаса по ее лицу побежали слезы. Она тряхнула головой, показывая, что не может сделать выбор.

— Десять секунд… Ну же.

Сильвана Атцори подалась вперед, чтобы принести себя в жертву. «Ну же, убей меня», – умоляла она мысленно и взглядом. Пощади моих родителей. Застрели меня. Я не смогу жить с этой ношей.

Последняя песчинка упала в нижний отсек. Время вышло.

— Настала пора попрощаться. Кивни на того, кто должен умереть.

Женщина тряхнула головой и уставилась в змеиные глаза преступника.

— Значит, ты приговариваешь обоих, да?

«Я не хочу играть в твои игры, урод».

— Как скажешь…

Резким, уверенным движением незнакомец выстрелил старикам в лоб.

Сильвана потрясенно смотрела, как их тела отлетели и рухнули на пол, словно две огромные тряпичные куклы. Седые волосы окрасились в алый.

«Он не мог этого сделать, – подумала женщина, содрогаясь от рыданий и не сводя глаз с трупов. – Не мог…»

Мужчина постоял несколько секунд и отключил камеру. Убрал ее в спортивную сумку и сложил штатив.

— Ты знаешь, почему я это сделал… Не забывай: их убил не я. Это сделала ты, – сказал он, посмотрев женщине в глаза. А затем скрылся в ночи.

Полчетвертого утра. Сна ни в одном глазу. После разговора с Анджелой в «Лукии» Марцио вернулся домой, принял душ и лег, уверенный, что отключится уже через несколько минут, как и всегда. Но его разум снова и снова возвращался к убийству родителей Лоренцо и жутким снимкам, которые показал Карузо. Стоило только Марцио закрыть глаза, воспоминания тут же всплывали в голове. Поэтому он решил обратиться к тому, что его всегда успокаивало, – книге.

Дочитав накануне вечером очередной роман, Марцио достал из прикроватной тумбочки «позорный список». В него входило около ста пятидесяти произведений классики: те, которые все якобы читали, и не один раз, хотя это было бесстыдной ложью. Монтекристо не был исключением. «Ярмарка тщеславия», «Улисс», «Красное и черное», «Человек без свойств», «Маленькие женщины», «Будденброки»… Покупатели наперебой утверждали, что прочитали эти книги, но в реальности даже не притронулись к ним, увлеченные, как и Марцио, непутевым сыном меньшего бога^[8] – детективами. Конечно, список изученной им классики был больше, чем у среднестатистического читателя: весь Фицджеральд, Хемингуэй, Стейнбек, Буковски, Кальвино, Толстой и Достоевский. Но Марцио понимал, что с учетом своей профессии должен был прочесть еще больше, гораздо больше. Поэтому, чтобы сохранить лицо в случае, когда покупатель спрашивал о незнакомой книге какого-нибудь литературного гения, Монтекристо пускался в туманные рассуждения, строя из себя эксперта. Обычно это срабатывало. Но одним утром синьора заговорила с ним о «Лолите» Набокова. Марцио всегда рекомендовал эту книгу, но по каким-то причинам сам в руки не брал. Целых полчаса он нахваливал русского автора с американским гражданством, как вдруг синьора задала конкретный вопрос. Несколько минут Марцио цеплялся за соломинку, но, увидев скептический и недоуменный взгляд читательницы, наконец извинился и признался, что никогда не открывал этот роман. Словно получив пощечину, синьора бросила едкое «Позор!», с высоко поднятой головой вышла из магазина и больше не возвращалась.