Книга Три письма в Хокуто, страница 108 – Анни Юдзуль

Едва Уайтблад пересек порожек, как свет вспыхнул и здесь. Одна из ламп мигала. Это был длинный коридор, вытянутый в обе стороны. Правый уходил за поворот в десятке метров, левый же простирался далеко-далеко. Двери были натыканы тут и там: что-то подсказывало Уайтбладу, что все не так просто. Он прикоснулся к одной из них. Пальцы безошибочно узнали пористую деревянную текстуру, однако, когда они скользнули к краю, ложбинки не обнаружили. Дверь со стеной представляли собой единое пространство, будто кусок стены становился деревянным без всякой причины.

— У объекта не хватает сил сделать полноценные декорации, – объявил Уайтблад. – Значит, он на пределе сил. Просто переловите их всех. Вы двое…

Он махнул рукой направо, сам же свернул влево. Двери мелькали по обе стороны, Уайтблад скользил по ним пристальным взглядом. Какая-то из них могла оказаться настоящей – он знал это очень хорошо. Приходилось иметь дело. Ему припомнилось, как Бенни мыкалась во все двери подряд. Забавно выглядело лишь со стороны.

Впрочем, Канйо оставлял потертости-подсказки хотя бы на ручках. Здесь же приходилось всматриваться в тени, что было в разы тяжелее.

— Думаю, стоит открывать все, – сказал один оперативник, и Уайтблад раздраженно вздохнул.

— Рассредоточиться. Любой ценой выкурите этих ублюдков наружу.

Он шагнул вперед и замер. В глубине коридора, в самой далекой его точке, стоял, переминаясь с ноги на ногу, клоун. Уайтблад с усилием моргнул. Клоун не исчез. Червячок сомнения предательски возник в его груди. Это один из них? Или какая-то игра уставшего мозга?

— Коннорс. – Он махнул рукой. – За ним.

— Есть, сэр, – ответил оперативник на ходу. Он обогнул Уайтблада и бросился вперед.

Значит, не показалось. Хоть что-то, да?

Клоун, подпустив оперативника чуть ближе, вдруг сорвался с места. Бросившись вбок неровным движением (голова слегка не поспела за телом), он вдруг оттолкнулся от стены и провалился в распахнувшуюся дверь. Коннорс сделал быстрый выпад; дверь попыталась захлопнуться, но лишь сошлась створками на дуле его автомата.

Он просунул ногу и с усилием потянул за край. Дверь поддалась. Коннорс шагнул в темноту.

Он всегда считался главным смельчаком Мерсисайда. В юности он первым влезал на стройки и пробовал бифитер^[18]. Его улыбающаяся рожа красовалась на первых страницах местных газет: юный пловец задержал нарушителя. Он первым женился и первым развелся. Первый было его вторым именем.

Нет ничего, с чем такой человек, как Коннорс, не мог бы справиться. Темнота расступилась, и перед ним возник новый коридор. Это была длинная прямая, точно такая же, как та, куда попал их отряд минутой ранее: темное дерево, нарисованные двери, мигающая лампочка. Она действовала на нервы.

«Клоун» стоял на отдалении и картинно притопывал ножкой в огромном башмаке. Коннорс безошибочно признал в нем объект № 0113. Это было по нему: в одиночку против одного из самых опасных цукумогами, манипулирующего пламенем. Он взвесил автомат в руках. Клоун ждал его, скрестив руки на груди.

— Долго собираешься копаться? – Коннорсу показалось, что клоун сморщился. Он что, пытается завести беседу? Об этом их не предупреждали.

— Сдавайтесь, – сказал Коннорс. Автомат пришел в движение.

С нечеловеческой ловкостью клоун дернулся в сторону и резво открыл очередную дверь.