Книга Три письма в Хокуто, страница 35 – Анни Юдзуль

Сэншу, переставляя руки, едва-едва добрался до конца дистанции; Джа с готовностью подхватил его под плечи и осторожно опустил в кресло. Сэншу приложил ко лбу салфетку.

— А неплохо для человека вообще без мышц! – снова подал голос Якко, но стоило Джа взглянуть на него, как он прикусил язык. Боже, какие же они неконтактные! Ну что за воспитание?!

Они не сразу заметили, как открылась дверь. Музыка ветра прозвенела совсем тихо. Якко повернул голову будто в замедленной съемке и вскочил на ноги. Муко стоял у входа, глядя своими коровьими глазами, и серебристые волосы струились по плечам.

— Какого черта?! – вскрикнул Якко. – Уходите, я его задержу.

Муко озадаченно огляделся.

— Я не собираюсь…

— Чего стоите, олухи? Двигайте внутрь! – Якко вышел на середину зала. Джа переглянулся с Сэншу и поймал Якко за рубашку.

— Погоди орать, – только и сказал он.

Когда Джа шагнул навстречу Муко, тот невольно вжался в дверь. Сэншу провел пальцами по колесам кресла и пересек ему путь.

— Позвольте мне.

От него Муко не стремился бежать. Сэншу подъехал ближе и протянул руку. Муко с сомнением пожал ее.

— Что-то случилось? Не бойся, они не причинят тебе вреда.

Муко быстро взглянул на Якко и опустил голову. Сэншу был терпелив и смотрел ласково, как отец на нашкодившего ребенка. Муко обнял себя за плечи и присел на корточки. «О, это не обяза…» – сказали губы Сэншу.

— Я не хотел делать то, что они хотели делать.

Сэншу понимающе кивнул.

— Раз так, расскажешь нам, что они хотели делать?

Джа перевернул шейкер в широкий низкий бокал: прозрачная жидкость с блестками закружилась внутри, когда он воткнул розовый цветок с краю. Муко и Сэншу сидели за столиком вдалеке от прочих, настрого запретив им приближаться.

— Передай, – буркнул Джа, протягивая Якко бокал.

— Передай, – вторил он ему, когда вручал напиток Камо. В его голове мелькнуло почти необидное «а мне-то он ничего не приготовил!», но эта мысль быстро исчезла, гонимая желанием подслушать чужой разговор. Любопытство сгубило кошку, а Якко был не кошкой, так что он был в безопасности.

Камо поставил бокал на стол и тут же отошел. Он занял место рядом с Якко, и оба они сложили руки на груди. Этакие молчаливо несогласные почти-предметы-мебели. Отпив, Муко промокнул губы.

— Значит, сегодняшняя акция не была разовой, – сказал Сэншу. Он помолчал немного, будто перебирая мысли. – Странно, раньше они так не частили.

— Это уловка. Они хотят, чтобы вы потеряли бдительность. Хотя Букими-сан говорит, что вас теперь незачем бояться.

Сэншу бессильно улыбнулся.

— Сейчас мы действительно не в лучшей форме. И все же он зря нас недооценивает.

— Я… можно я буду с вами?

— Вот еще! – воскликнул Якко. – Ты ж только и умеешь, что разрушать.

Муко взглянул на него затравленно и вжался в спинку стула; ткань серебрилась, растекаясь по нему, почти полностью скрывая дерево от взгляда.

— Это всего одна нота. Я не виноват, что вы использовали только ее.

— Хватит. – Сэншу поднял ладонь. – Если Муко-чан хочет остаться, он останется, это не обсуждается. В конце концов, он сбежал от своих бывших подельников, а это что-то да значит.

— Может, это их хитрый план. Подослали шпиона, чтобы он пустил нас по ложному следу.

— Если бы мы подсылали к вам кого-то, то, наверное, одного из ваших, – сказал Муко, и Сэншу с Якко синхронно уставились на него. – Рофутонина-чан, например.