Книга Последний выживший самурай. Том 2, страница 95 – Сёго Имамура

— Такие существуют?

— Да, – кивнул Маэдзима, нахмурившись.

Ещё со времён Токийской полицейской управы, из которого выросло Полицейское управление, в его недрах, среди чиновников средней руки, начала вызревать одна группировка. Их гнала тревога: армия, рождённая в новую эпоху Мэйдзи, набирала силу слишком стремительно. На словах они ратовали за лучшую долю для полиции, но в душе жаждали лишь власти и собственного возвышения.

Однако планы их рухнули: Управа была поглощена Министерством внутренних дел. Теперь его теснили не только военные, но даже почтальоны, которым выдали оружие куда раньше. Впрочем, так и было задумано – сам Окубо, сговорившись с начальником Управления, выстроил всё именно так, чтобы остудить пыл местных радикалов.

Но прошлогоднее восстание всё перевернуло. Армейские части были наголову разбиты в рукопашных схватках с отчаянными бойцами Сацумы. В ответ правительство создало особый отряд – «Батто-тай». Его набрали из бывших самураев, которых в Полицейском управлении всегда хватало.

Футаба тихо вздохнула. Её отца, который обучал боевым искусствам в бывшем княжестве Камэяма, отправили на фронт как раз в составе этого отряда.

— Но их успех лишь раззадорил радикалов, – продолжил Маэдзима.

Отряд «Батто-тай» проявил невиданную доблесть и во многом повлиял на ход Сацумского восстания. Этот успех радикалы из Полицейского управления употребили в свою пользу, разом приумножив ряды сторонников. Окубо полагает, вся эта затея с кодоку принадлежит именно радикальному крылу.

— Не слишком ли это сложно? – тихо поинтересовался Сюдзиро.

— Честно, мы не знаем, что ими движет. В конце концов, это всего лишь предположение.

На сей раз ключевым было то, что собирали «воинов, превосходно владеющих боевыми искусствами». После Сацумского восстания контроль над недовольными самураями ужесточился. Власти полагают, что сил для новой гражданской войны у них не осталось, а значит, возрастёт число тех, кто ринется в политические убийства. А тут как раз подворачивается возможность сдать почти три сотни таких возможных убийц. Не этим ли громким успехом надеется прославиться радикальная фракция в Полицейском управлении?

— Я… Я и в мыслях не держал ничего об убийствах! – вырвалось у Синдзиро.

— Это ведь глупо. Никто не совершал убийств и даже не замышлял их. Но радикалы, видимо, считают, что те, кто падок на деньги, рано или поздно согласятся на грязную работу.

Видимо, поэтому воинов и заманивали огромными деньгами.

— Я не знаю, откуда у них такие деньги, – вздохнул Маэдзима, – но ясно одно: без сторонней помощи такую сумму они собрать бы не смогли.

— Так, может, та статуя тоже была поддельной? – спросил Сюдзиро.

— Нет, – вмешалась Ироха.

— С чего ты взяла?

— Братишка Сансукэ говорил, что это настоящее золото.

Когда они бежали с кургана, Ироха поделилась с братом мыслью, что кодоку затеял Гэнто-сай. Но тот возразил, что старику не под силу найти столько золота. Статуя точно была настоящей. Когда один из устроителей отломал ей палец, с помощью Рокудзона Сансукэ отчетливо расслышал звон золота.

— Значит, у них есть сообщники, – заключил Маэдзима. – Теперь о тех, кто следит за вами. Как и предполагалось, они общаются с помощью телеграфа.

— Вот как…

— А кто может отправлять телеграммы без похода на почту? Только некоторые политики да полиция.