Книга Бабочка на золотой шпильке, страница 58 – Алексей Котейко

— А стоит ли? – с сомнением посмотрел на драконида сыщик. – Не буди лихо, пока оно тихо. Откуда бы ни взялся этот металл и кто бы его ни вёз с Валькабары, «самородка» уже нет. Теперь он превратился в пружинки и шестерёнки мастера Томаса, часть из которых разошлась по городу. А, может, и за его пределы.

— Так-то оно так, – Равири поправил воротник пальто. – Но даже если полгода всё было тихо – это ведь не значит, что будет тихо и впредь. Вдруг в один не прекрасный день на Лестницы заявятся люди короля? Или дракониды? Ты же понимаешь, что в подобных делах свидетелей не остаётся.

— Час от часу не легче, – скривился Лайош.

— Поэтому мне думается, что лучше заранее знать об опасности, чем неожиданно столкнуться с ней. К тому же, возможно, всё это только мои домыслы, и тот кусочек металла не имеет никакого отношения к большой политике. Вот только… – Те Каеа замялся, будто не был уверен, стоит ли говорить всё до конца.

— Что?

— Часы. Их крышка сделана из той самой бронзы, удивительно похожей на золото. Мастер Томас, конечно, описал свою работу достаточно подробно, но всё-таки услышать – это одно, а увидеть…

— И?

Равири встревожено посмотрел на Шандора.

— Точно из такой же бронзы делаются ритуальные маски, которые вожди центральных племён надевают для самых важных церемоний.

Вместо того, чтобы соединить звонившего с кабинетом Ла-Киша, дежурный клерк попросил:

— Одну минуточку. Господин сюретер как раз только что вошёл.

В трубке послышалось шуршание и потрескивание, затем отдалённое бормотание нескольких человек, а следом знакомый голос произнёс:

— Ла-Киш слушает.

— Гарольд, это Лайош. У меня для вас новости.

— Хорошие?

— Пока не знаю. Я выяснил, в какой курильне побывала наша парочка, – Шандор невольно оглянулся и быстро окинул взглядом паб через стеклянные стенки телефонной кабинки. Посетителей было немного, к тому же рядом дежурил Равири, присматривавший за тем, чтобы никто не подслушал звонок. Тем не менее, сыщик говорил приглушённо, прикрыв рот и трубку ладонью.

— В какой? – требовательно спросил Ла-Киш.

— Двадцать первый номер по набережной Первых Цветов. Трёхэтажное здание с ромбическими решётками на окнах.

— Вы туда входили?

— Входил. Побеседовал с хозяином, который оказался очень любезен и рассказал нам всё, что знал.

— Ясно, – тон сюретера был абсолютно бесстрастным. – А кому это «нам»?

— Мне и господину Те Каеа.

— Хорошо. Что удалось выяснить?

— Блондина зовут Бартоломью, шатена – Зигфрид. Зимой они квартировали в доме номер восемь по улице Медников, на Тюремной Горке. Зигфрид имеет какое-то отношение к женщине по имени Лилия.

— Что за Лилия?

— К сожалению, этого хозяин курильни не знает. Как и фамилий подозреваемых.

— Жаль. Это всё?

— Нет. В ночь со вторника на среду они потратили на опиум двадцать крон. При цене крона за трубку. Выкурили по дюжине каждый, из притона их выставили утром в четверг.

— Погодите, а куда делись остальные деньги, полученные за серебро? – Лайош с лёгкостью представил себе, как Ла-Киш, задавая вопрос, сосредоточенно хмурится.

— Именно. Хозяин курильни забрал в счёт долга часы и шкатулку.

— Те, которые вы искали?

— Да.

— Значит, – сюретер помолчал, что-то прикидывая. – Либо они потратили остальное раньше, либо припрятали деньги. Но зачем? И надо сказать, удивительная выдержка для таких личностей.