Книга Когда в июне замерзла Влтава, страница 64 – Алексей Котейко

— Барсик?

— Ты его видел. Полосатый.

— А, помню. В общем, передай моё почтение пану Барсику, и если возможно — пусть разузнает, где этот проклятый лаз.

— Есть предположения, где начинать поиски?

— Никаких. Знаю только, что это должно быть укромное место, и лаз достаточно просторный — по нему недавно провели взрослого козла.

— Козёл не такое уж крупное животное, — возразила Хеленка.

— Как скажешь.

— Где мне вас потом искать?

— Возле «Трёх золотых гвоздиков».

Ведьма кивнула и собиралась уже свернуть в какой-то неприметный проулок, когда Максим тронул её за плечо, останавливая:

— Постой. А пан Барсик с друзьями не сообщили, как зовут нашего ночного гуляку? Того, что сейчас выслеживает сына бондаря с невестой?

— Они не умеют оперировать такими понятиями, как человеческие имена, — пояснила девушка.

— А проследить, где он живёт?

— Могли бы. Если бы их не отогнал громадный чёрный пёс.

— Чтоб меня… — пробормотал Иржи. — С каких пор кладбищенский дух является в неурочное время⁈

— Не люблю я это место, — проворчал Иржи.

Друзья только что вышли на вытянутую, ломаной формы, площадь, которую с правой стороны замыкала высокая крепостная стена, а впереди — громада готического костёла. Максим задрал голову: над стеной в серое небо устремлялась высокая прямоугольная башня, увенчанная вальмовой крышей. В крыше во многих местах недоставало черепицы, и на глазах у капрала-адъютанта через одну из дыр с карканьем вылетела ворона.

— Чем тебе Здераз не угодил? — поинтересовался он.

— Не Здераз, а замок.

Макс внимательнее присмотрелся к крепости. Кладка стен была изрядно обветшавшей, кое-где недоставало зубцов.

— Кто его строил? — не смог вспомнить Резанов.

— Вацлав Четвёртый, — скривился капрал.

— Ааа… Ну, а кроме того, что тебе этот король не по нраву?

— Тут в самом начале гуситских войн было настоящее побоище. В замке укрылось много новоместских католиков, а последователи магистра Яна оказались очень настырными, и не отступились, пока не взяли укрепления приступом. Погибло немало людей с той и с другой стороны, потом была резня, — Шустал махнул рукой. — Новоместская кордегардия не любит посылать сюда людей. В новолуние на стенах снова разыгрывается прошедшее сражение. Точнее, его кульминация — когда гуситы уже врываются внутрь, добивают последних защитников на парапетах, а потом ищут спрятавшихся. Я слышал, что тут иногда до сих пор пахнет кровью.

— Но призраки же в основном безвредные? Как бы жутко они не выглядели.

— Здесь — как раз нечастое исключение. Здераз и Подскали вообще славятся своими странными привидениями, а в Вацлавском замке, если ты попадёшь в гущу битвы, то получишь или от католиков, или от гуситов.

— Ну, я-то номинально православный.

— Значит, получишь от тех и других разом, — Иржи криво усмехнулся. — К моменту штурма у гуситов ещё не было таких тесных дружеских связей с Польшей, как потом. Так что разбираться в религиозных тонкостях они вряд ли станут. В общем, в новолуние сюда лучше не забредать.

Приятели приблизились к костёлу, и уже собирались обогнуть его слева, когда Максим тронул Шустала за плечо:

— Постой.

Храм, сам по себе высокий величественный — хотя вместе с тем не менее мрачный, чем полузаброшенный замок по соседству — возвышался на естественном скальном выступе, который строители лишь чуть стесали, чтобы не загораживал улицу целиком. Вправо шёл узкий проход, должно быть, прежде служивший запасным входом в крепость: в глубине его виднелась низкая сводчатая арка с полуоткрытой массивной калиткой. Слева камень постепенно превращался в грубо высеченные ступени, по которым можно было подняться к костёлу.