Онлайн книга «Поворот на лето»
|
— Я тебе пристрелю! Чего ради? — Так ведь… – растерялся боец. – Говорят, на той стороне на диких собак стали облавы устраивать. — И что? Это их забота. А на нашей стороне никаких облав нет. Пёс на кого-то нападает? — Нет… — Проявляет агрессию? — Нет, но… — Вот и пусть себе топает. Какое тебе до него дело? Бродяга оказался уже метрах в пятидесяти, принюхался и с интересом оглядел Крис, встретившись взглядом с её умными карими глазами. Потом осторожно двинулся вперёд, мимо женщины-кинолога и продолжавшей следить за пришельцем собаки, мимо пограничников в зелёных беретах, остановившихся на КПП машин, шлагбаумов. Рыжий шёл спокойно, и казалось, что он вообще больше не видит ничего вокруг, кроме асфальтовой полосы дороги среди полей – такой, какой она была на этом самом месте пять лет тому назад. * * * Перевод застопорился, так что к тому моменту, когда Елена продала свой ветеринарный кабинет и выехала из арендованной квартиры, Антон всё ещё оставался на работе в столице. Он забрал женщину из Дуги в конце апреля, и оба они впервые столкнулись с тем, как реагирует Рыжий на автомобиль при длительных поездках. Путешествие до Ключа вдвое растянулось по времени, однако хозяев пса это не сильно обеспокоило. Весна, ранняя и тёплая, успела не только выгнать молодую зелень, но и обильно украсить сады бело-розовой пеной цветов. Антон, не имея возможности гнать побыстрее, выбрал вместо шоссе на Ключ просёлочные дороги, и они потихоньку катили среди маленьких сонных деревенек, периодически делая остановки, чтобы Рыжий мог подышать воздухом и размять лапы. Пёс с интересом принюхивался к запахам, напоминавшим о детстве, присушивался к гулу пчёл и шмелей, блеянью овец, задиристым крикам петухов. В одной из деревень, пока хозяева покупали у приветливой крестьянки домашний хлеб, сыр и копчёную грудинку, Рыжий почувствовал себя настолько бодрым, что едва не забрался в птичник, чтобы поближе познакомиться с его обитателями. — Свадебное путешествие, – рассмеялась Елена, наблюдая, как Антон, не повышая голоса, но строго, чётко проговаривая каждое слово, отчитывает понурившегося пса за недостойное поведение. – Двое в машине, не считая собаки. На пальце женщины красовалось кольцо, а в паспорте имелся официальный штамп и запись о регистрации брака, сделанная в муниципальном управлении Дуги. Елену всё ещё беспокоила возможная реакция родных на её союз с мужчиной, про которого те даже не знали, однако непоколебимая уверенность Антона в том, что всё будет хорошо, неизменно поддерживала женщину. В конце концов, двадцать семь – вполне себе солидный возраст, две её сестры и почти все кузины давным-давно повыскакивали замуж и нянчили детей. И не мама ли сетовала, что дочь слишком умная, слишком увлечена – сперва учёбой, затем своей работой – вместо того, чтобы устраивать личную жизнь. Правда, Елена волновалась и из-за того, как отнесутся к их росписи родители Антона. По словам мужа, его родня вполне доброжелательно смотрела на смешанные браки, однако два-три года назад так могли заявить о себе три четверти всех жителей страны. Теперь же людей словно подменили, в прежде спокойных и добродушных соседях не пойми откуда пробудился не просто местечковый патриотизм, но настоящий фанатизм. Названия других регионов превращались в ругательства, противоборствующие партии в парламенте только подливали масла в огонь, публично твердя о сотрудничестве и доверии, и втихаря натравливая своих сторонников на тех, кто думал «неправильно», или попросту родился в «неподходящем» месте. |