Онлайн книга «Четыре года до Солнца»
|
За те полгода, что выпускники Каструм Фидес провели в полёте к Альфе Центавра, войска Солнечного Альянса перешли в широкомасштабное наступление на планеты таури. На Линдерхофе был захвачен и упорно расширялся плацдарм, и именно сюда в итоге попал Гилфрид, распрощавшись с Арно – в поясе Акерана, и Юханом – ещё на Мимире. По какой-то непонятной логике штабистов первыми оказались переброшены на плацдарм новички «О», «В» и «М» – возможно, таких в пополнении просто было больше всего. Вместе с О'Тулом оказались и некоторые прежние товарищи по учебе – Константин Васильев, Чеге Мбунгу, другие ребята – но именно в его взвод в итоге не попал ни один выходец с Марса. Рёв сержанта приближался: — Оосита! — Оосима, сержант, – поправил маленький вежливый японец. — Оосима! — Здесь! — Два наряда, чтоб не трепался зря. Орлов! — Здесь! — Осборн! — Здесь! — О'Тул! — Здесь! — У тебя что, нервный тик? — Никак нет, сержант. Это импланты. Кто-то отпихнул стоящего справа Осборна, и тут же по затылку новобранца шлёпнула мощная широкая ладонь. К удивлению Гилфрида, импланты разом заработали, и он увидел внимательно смотрящего на него сержанта Ковальски – лицо бульдога с широкой нижней челюстью и вечно насупленным выражением крохотных бровей над ещё более крохотными глазками. — Порядок? — Да, сержант! — В следующий раз просто закрой глаза и сосчитай до десяти. А не моргай, как девственник на девку! Ясно? — Так точно, сержант! — Наша задача, – снова раненым быком заревел поляк, – высадка в квадрате четырнадцать – двадцать один – сорок семь – восемьдесят пять. Из новоприбывших идут четыре роты седьмого полка. Цель – горная деревушка в долине. Выше неё, за перевалом, располагается военный завод ящеров, укреплённый по самое не балуйся. Завод и форт – забота ветеранов из восемнадцатого AZ. Ящеры закопались глубоко, так что с Мимира специально прислали свежую партию мобилей-«кротов». Нам дали поручение попроще: закупориваем деревню и дорогу чешуйчатых, не пускаем через перевал подкрепления. Если кто из местных попробует приблизиться – стрелять на поражение. — В гражданских, сержант? – неуверенно уточнил Орлов. Ковальски подошёл к нему и, остановившись чуть не нос к носу, процедил: — Вы что-то имеете против, рядовой? — Но конвенция… — Конвенция касается людей. Это – не люди. Спустя час Гилфрид О'Тул, привалившись к стене наполовину разрушенного ракетой домика, твердил себе как заведённый: — Это не люди, это не люди, это не люди… Прямо перед ним, уставившись в звёздное небо большими немигающими глазами, лежал таури. Совсем крохотный. Безгубый рот с мелкими острыми зубами был удивлённо приоткрыт, длинный язык свесился набок. Эта картинка почему-то напомнила рядовому жившего у них когда-то в детстве пса, которого Конор и Моник выпросили-таки у родителей, и назвали Ско – сокращённое от «Скок-Поскок». Тот, набегавшись, точно так же вываливал язык и принимался тяжело дышать, норовя при этом забраться на руки к хозяевам и облизать им лица. Гилфрид нервно хихикнул. В ночном воздухе разливался пряный аромат цветов чужого мира – и резкий, химический запах. Кровь таури. Вся деревня оказалась тем самым проклятым фортом, устроенным прямо под мирными с виду домиками, где продолжали жить своей обычной жизнью селяне. |