Книга Волаглион. Мой господин. Том 1, страница 59 – Софи Баунт

Однако успевает ошарашить меня словом: как раз когда я тянусь к шоколадным кексам, желая заесть гнев.

— Хорошо тебе головой в сортир понырять, Рекс.

— В смысле?

— Маффины отравлены.

Я выплевываю внушительный кусок теста.

Отравлены?!

Не раздумывая несусь в туалет и освобождаю желудок от яда. Вернувшись, вижу лишь Илария, выбрасывающего кексы в мусорное ведро.

— Честно, я не знал, что они отравлены! Корзина была подписана, как подарок Саре от клиентки, но оказывается: ее снова кто-то убить пытается, — оправдывается парень. — Рон утром попробовал их и мучился животом (нам-то яды не смертельны, мы и так мертвы, в отличие от Сары), а мне гад сказал, что маффины просто невкусные. Лучше не пробовать.

— Конечно! Он ведь ненавидит исключительно меня! — скалюсь я, одновременно обдумывая вероятность появления еще одного киллера.

Кто же эта темная лошадка? Кто так жаждет изжить нашу ведьмочку?

— Не совсем... Просто ты плохо его знаешь, — гундит парень. — На самом деле он переживает, что вы с Ингой помиритесь и тогда…

— Рон переживает? — перебиваю я, пиная корзину. Остатки ядовитых кексов прыгают по полу. — Да у него похуизм возведен не в квадрат, а в параллелепипед!

— У Рона нервы как стальные тросы. Он все держит в себе.

Как только до меня доходит, что Рон отправился к Инге — кулаки принимаются колотить мебель.

— Почему я должен это терпеть? — кричу, ретиво избивая дверь в кладовку.

Пробиваю кулаком дерево насквозь. Не дверь, а ширма. Чувствую руку Илария на плече. Выдыхаю…

Что я творю? Костяшки разбиты. В кровь. Я стараюсь выровнять гарцующее дыхание.

— Валерьянки? — предлагает Иларий, осматривая мои ладони. — И бинты. Давай принесу.

— Не надо, — отмахиваюсь, падаю на диван. — Все хорошо.

— Разве?

— Нет. Моя невеста предпочла мне грубого, страшного мужлана, в рот которого не ступала нога стоматолога. Как я должен себя чувствовать? И что она могла в нем найти? Короче... Раз мне не убить эту обезьяну, надо хотя бы рассказать Инге о том, какая он тварь. Почему я до сих пор это не сделал?

— Потому что Инга считает Рона своим единственным другом здесь? — осторожно замечает товарищ.

— Да что за чушь?! Я ее друг! Жених!

— Ты им был… — кашляет в кулак Иларий, — теперь вы мертвы.

— Мертвы, не мертвы. Это не значит, что Рон имеет право подкатывать к моей невесте. Бывшей невесте, плевать!

— Давай посмотрим с другой стороны. Ты сам ушел от Инги к Саре.

— Вот именно! Неловко! Словно у меня появилась аллергия на любимую кошку, пришлось отдать ее в хорошие руки, а она оказалась у соседа и теперь каждый день смотрит на меня ненавидящим взглядом.

— Инга не кошка, — смеется Иларий.

— Пусть Рон с кем-нибудь другим спит.

— С ведьмой?

Впадаю в ступор. Мысль о связи Рона и Сары заставляет меня трещать от ярости. Нет уж! Сары ему тоже не видать!

— С рукой своей пусть развлекается.

Иларий улыбается.

— Она тебе очень нравится, да?

— Кто? Рука?

— Ведьма.

— Не смеши.

— Ты прямо пылаешь, когда ее видишь.

— Лари... Сара меня убила. Я в принципе не способен ее любить. Это невозможно. Морально запрещено.

— О, Рекс... Разве можно запретить дождю упасть на землю? Или луне является по вечерам? Такие вещи нельзя контролировать.

Я сокрушенно киваю.

— Не понимаю, почему меня тянет к ней. Не только в красоте же дело.