Книга Волаглион. Мой господин. Том 1, страница 56 – Софи Баунт

Чувствую тепло ее губ. Ладони на пояснице. Дыхание отдает красным вином. Девушка шепчет на ухо и главная задача — не слушать. Она погубит меня. Погубит так же, как хозяин погубил ее.

Еще чуть-чуть... Ведьма не может сохранять бдительность вечно и, если правильно сыграть роль жертвы — все получится.

Тонкие, но сильные пальцы ласкают меня. Приятная волна ползет вдоль живота, спускается, ныряет в штаны... невыносимо. Нельзя отказать той, кто настолько желанна, чьи страстные поцелуи снятся по ночам. Тело вступает в конфронтацию с мозгом. Кожа так пылает, будто горю на костре, подобно дальним предкам.

Эта девочка не из тех, кто теряет время, да? Отлично.

Я обхватываю копну рыжих волос на затылке ведьмы и резким движением опускаю ее на колени.

Не сопротивляется… Любопытно.

Гладя большим пальцем ее алые губы, засматриваюсь на то, как девушка целует мое запястье, ощущаю приступ блаженства. Маленькая рыжая птичка. Удивительно прекрасна. Так хороша...

Очнись! Абстрагируйся! Нельзя!

Безумное вожделение рвет изнутри, требует кинуться в сладчайшие грезы и утонуть в морской пучине сапфировых глаз — стать очередным кораблем, затонувшим из-за бессилия сопротивляться греху прелюбодеяния. Не помню, чтобы встречал настолько красивой девушки. И сексуальной... В штанах все напряженно, отзывается, умоляет — несмотря на страшную истину.

Одна возможность…. Один шанс. Нельзя упустить.

Ведьма отвлекается — момент истины! — и я хватаю шкатулку с полки. Размахиваюсь.

Удар.

Девушка без сознания. Рыжие волосы растекаются по светлому полу лучами закатного солнца. Я целую ее в лоб, кладу на кровать — ладони в крови, — укрываю одеялом.

Нет, мне не стыдно. Это было необходимо.

Сегодня я здесь, чтобы убить его, мое тело и душу — никто не получит.

Ставки предрешены. Либо я. Либо он.

Выбегаю в коридор, несусь, с грохотом сбивая часть мебели на пути. Добираюсь до выхода во двор. Книга в саду. Я должен добыть ее. Она ключ. Ответ. Спасение!

Дождь омывает лицо. Мимолетом я замечаю свое отражение в луже: соломенные волосы растрепаны, а голубые глаза раздуты от паники. Да, сердце гудит и прыгает в груди, словно оно улей с роем бешеных пчел, рвущихся наружу.

Спокойно… Я должен держаться…

Ради моей семьи!

Ради сына…

Громкие всплески сопровождают бег к беседке: я тараню ботинками лужи. С крыши ниспадают звонкие ливневые потоки; ныряя сквозь водяную завесу на входе в беседку, я вижу заветную книгу. Шелест багровых страниц на ветру.

Листаю... Ну же! Страница триста три… быстрее!

Трясущимися пальцами перелистываю страницу за страницей, умоляю бога дать мне хоть минуту. В ответ — грозовые раскаты. Вода льется с локтей, но книга отталкивает влагу.

Я добираюсь до надписи с моим спасением. Улыбаюсь (мысленно). Мир кружится. Ноги подкашиваются. Невыносимо режущая боль. Не успеваю даже заорать!

Из груди показывается острие — прямо в районе сердца. Кровь течет по мокрой фиолетовой рубашке…

Опоздал.

Последний раз поворачиваю голову и вижу лицо убийцы.

Голубые глаза... глаза моего предка...

* * *

Я подскакиваю на кровати и падаю на пол, путаюсь в одеяле.

Черт!

Руки трясутся. Одеяло противно липнет к потному телу. Опять этот сон? Третий раз за неделю, сколько можно? Я бьюсь затылком об пол, чтобы окончательно проснуться и перестать дергаться, точно эпилептик.