Книга Тайна боярышни Морозовой или гостья из будущего, страница 10 – Резеда Ширкунова

Но сейчас речь не о них, а о невиданном чуде, что матушка отыскала во всемирной паутине — луме. Представьте себе: рамка, утыканная колышками, словно ёж иглами. Бывают круглые и прямоугольные. На круглой нить переплетается особым образом, и полотно выходит прямым или замкнутым. Узор получается, как будто спицами связан. Вот только я никак не могла вспомнить, как мама на ней вязала, ведь для лумы совершенно не нужны ни спицы, ни крючок.

Мучилась я, не поверите, целую седмицу, а до отъезда оставалась всего ничего. Все тщетно пыталась осилить неведомое вязание на луме, заказанной у древодела — мастера, чьи руки творили чудеса из дерева. Никак не могла ухватить суть, ведь видела мамино рукоделие всего пару раз.

Древодел долго не мог взять в толк, чего я от него хочу. Потом задумчиво почесал затылок и наконец взялся за работу. За это пришлось отдать целых три медяка. Учитывая, что за салфетку мне давали всего один, отдать три было жалко, но что поделаешь. До ярмарки вряд ли успею что-то связать. Решила во что бы то ни стало освоить луму в дороге и связать что-нибудь теплое. А вот теперь признаюсь, для чего все это было нужно…

Зная об открытии границ между европейскими странами и Россией, я планировала закупиться диковинками: баклажанами, сельдереем, кукурузой, сахарной свеклой, картофелем и семенами помидоров… Планы были грандиозными, но осуществимыми ли? В памяти до сих пор живо воспоминание о том, как крестьяне с недоверием встретили картофель, называя его «чертовым яблоком» и кричали: «Не променяем репу на заморский плод!». А ведь он мог спасти от голода и смерти многих.

Об этом я вспомнила в разговоре с Марфой, моей ходячей энциклопедией. Как-то вечером, после скудного ужина, мы сидели на крылечке. Летний вечер был теплым, и в душную избу совсем не хотелось возвращаться. Из-за дневной жары в горло кусок не лез, чем Марфа была крайне недовольна.

— Эх, Аннушка, вспомни, как Васька спалил дом твоих родителей, а через год, в 1716 от рождества Христова, по всей России голод настал. Тогда и весной, и летом заморозки посевы погубили. Батюшка наш — царь Пётр велел возрождать хлебные магазины. Нам с тобой еще повезло, запасы кое-какие были, да и вовремя мы тогда подсуетились и в Васькином доме поживиться успели. Все же и молочко, и яйца были, правда вместо хлеба лебеду ели, да пустые щи из крапивы варили, но живы остались. Староста упросил боярыня Хитрово налог не брать, тем и выкрутились. А сейчас ты от хорошей еды нос воротишь, — с какой-то обидой в голосе произнесла няня.

— Не от еды я нос ворочу, Марфуша, в такую жару ничего в горло не лезет, пить только жуть как хочется. А про голод — не заметила толком, маленькая еще была. Почувствовала, конечно, что на столе не стало разнообразия, как обычно, но что давали, то и ела, — ответила я няне.

И тут в голове пронеслись даты страшных голодных лет, когда мор семимильными шагами шел по Руси. За десятилетие случался четыре-пять раз, и следующий, судя по всему, должен был начаться через пару лет. Конечно, в этой параллельной вселенной история могла пойти по-другому, но все же стоит заранее подумать о пропитании, чтобы не помереть с голоду.

Вот тогда я и загорелась идеей выращивания картофеля. Если подойти к этому с умом, его можно выращивать круглый год. А как это сделать, я знала. Отцовская страсть к опытам над растениями вполне могла помочь его дочери выжить. Ведь не зря он работал преподавателем сельскохозяйственной академии.