Книга Сделка, страница 32 – Лисса Джонс

— И Кай, значит, не сказал… Поэтому ты сбежала?

— Да. – Девушка смотрит на остатки сливок, не решаясь поднять глаза на Троянскую.

Карине хочется кричать: «Не верь мне!»

— Так, давай-ка еще раз проясним. Ты обиделась на то, что Кай не стал оправдываться перед братом, который, судя по всему, только и умеет, что ярлыки развешивать и наезжать без повода?

Господи, это слишком просто. Василиса молчит, и Карина продолжает:

— Вась, ну подумай. Они ссорились, обсуждали какие-то свои проблемы, и мне почему-то кажется, что проблемки у них давние. Кай мог думать в этот момент не о тебе, а о чем-то своем. Вряд ли он намеренно хотел тебя задеть. Понимаешь? Он вообще не понимал, что бросает обидную фразу. Тем более предполагалось, что ты это не услышишь.

— Не знаю…

— И вообще. Дело не в словах, а в том, что это именно твой Кай. Если бы Злата или еще кто-то ляпнул подобное, ты бы внимание не обратила.

— Ну ты и сравнила.

— А что? Злата часто рубит с плеча и пожестче. Мы же не дуемся на каждый ее коммент.

— Может быть.

— Ты… – Это даже не ложь, Карина скажет правду. – Знаешь, ты всю неделю улыбалась без остановки. Кай тебе нравится, ты ему тоже – я уверена.

Василиса не спорит. Только гоняет трубочку по пустому бокалу, размешивая воздух.

— Вась, да он первый, кого ты вообще к себе подпустила за все время, что я тебя знаю! Разве это уже не о многом говорит? Послать всегда успеешь. А вот дать шанс и поговорить – не всегда. Так, может, хоть на смс ответишь?

Василиса наконец-то перестает создавать коктейль из остатков молока и сливок. Поднимает на Карину взгляд чистых блестящих глаз. И улыбается уголками губ.

Черт! Вот только не надо смотреть с такой благодарностью!

— Спасибо. – Выстрел между глаз.

Ты труп, Троянская. Пока еще живой, но уже труп.

— За что, Вась?

— Ну… – она жмет плечами. – За разговор. И за непредвзятый взгляд со стороны. Я позвоню ему, как домой приедем.

Кай по гроб жизни будет обязан. Карина с него три шкуры сдерет за помощь и за успокоение своей совести.

— Слушай, а мне вот интересно, – Карина решает отвлечься от Кая и его промаха и попытать удачу, – какой брат у Кая? Они похожи?

— О нет! Нет-нет-нет! – Василиса очень быстро произносит слово из трех букв. С усмешкой откидывается на спинку стула и складывает руки на груди. – Точно нет! Совсем не похожи.

Карина наклоняет голову вбок и хмурится, слушая бурное «нет» в исполнении подруги.

— Внешне они совсем разные. Да и не только внешне. Кай – красивый, милый, веселый, заботливый, а Виктор – его полная противоположность. Ему двадцать восемь. Он лет пять как не живет в России.

— То есть он страшный?

Ой, божечки! Она что, покраснела?

— Ну… обычный он. Не знаю…

Карина сдерживает усмешку и решает, что румянец Васи красноречивее ее внезапного заикания.

— А чего он уехал?

— Работает в Берлине, – плечами жмет. Мимика выдает ее с головой, пусть голос и остается ровным. – Наверное, возможности хорошие.

— Ага. А в культурной столице страны владельцу галереи возможностей мало?

— Карин, я не знаю. Мы не слишком поладили, напоминаю.

Можно подумать, ты с кем-то ладишь при знакомстве, Василиса. Так отчего сейчас такая реакция?

— Ну это я так… просто уточняю. Вы же два раза за день успели пообщаться.

Карина намеренно провоцирует. Кажется, Василиса реагирует на этого мужика эмоциональнее, чем обычно она реагирует на особей мужского пола.