Книга Измена. Любить нельзя ненавидеть, страница 67 – Екатерина Мордвинцева

— Хорошо получилось, — сказала она ровно. — Спасибо за организацию.

— Маша… — я сделал шаг к ней.

Она тут же отступила.

— Я устала. Пойду спать. Завтра большой день.

И снова я остался один. Среди огней и цветов, в доме, который был полной чашей всего, кроме самого главного — ее любви. Но я не сдавался. Потому что видел в ее глазах не только лед. Видел борьбу. И пока она боролась, у меня был шанс.

* * *

Маша

День новоселья в оранжерее выдался по-настоящему зимним и красивым. Снег, гирлянды, улыбки гостей. Ника сияла, разглядывая мой живот, родители смотрели на нас с осторожной надеждой. Марк держался безупречно — гостеприимный хозяин, внимательный муж. Никто, кроме меня, не видел, как его взгляд затуманивается, когда он думал, что на него не смотрят.

Он не пытался прикасаться ко мне на людях. Не делал сентиментальных жестов. Вел себя как друг. И это было… невыносимо. Потому что я начинала привыкать к этому новому Марку. К его терпению, его силе, его упорству. И где-то глубоко внутри таял лед, который я так тщательно намораживала все эти недели.

В разгар вечера он неожиданно попросил слова. Сердце у меня ушло в пятки. Что он задумал? Публичное покаяние? Признание? Я была не готова.

Он вышел в центр, держа бокал.

— Друзья, — начал он. — Мы собрались здесь сегодня, чтобы отметить не столько новоселье, сколько… новую главу. В жизни этого дома. И в моей жизни.

Он посмотрел прямо на меня. Не умоляюще. С достоинством.

— Последние месяцы научили меня многому. Я понял цену доверия. Цену слова. И цену терпения. Я хочу сказать спасибо всем, кто был рядом. Но особенно — тебе, Маша.

Я замерла, сжимая в потных ладонях складки платья.

— Ты показала мне, что сила — не в громких словах и не в импульсивных поступках. Сила — в том, чтобы выстоять. В том, чтобы, несмотря ни на что, оставаться человеком. Спасибо тебе за этот урок. И за ту помощь, которую ты оказала мне, когда компания была на грани. Без тебя я бы не справился.

Он поднял бокал.

— Так выпьем же за моего главного стратега и… самого стойкого человека, которого я знаю. За Машу.

Гости подняли бокалы, закричали «За Машу!». Все улыбались. А я стояла, чувствуя, как по щекам катятся предательские слезы. Он не просил прощения. Не клялся в любви. Он сказал «спасибо». И «стойкий». Он видел меня. Не как жертву, не как объект для завоевания. А как личность. Равную ему.

Он подошел ко мне, все так же не пытаясь прикоснуться.

— Все в порядке? — тихо спросил он.

Я кивнула, не в силах вымолвить слово. Потому что если бы я заговорила, я бы сказала то, к чему не была готова. Я бы сказала: «Останься. Будь рядом. Давай попробуем».

Но я лишь молча смотрела на него, понимая, что его терпение и уважение разбивают мою защиту куда эффективнее, чем любые клятвы и обещания. И это было страшно. Потому что означало, что скоро мне придется сделать выбор. И я боялась, что мое сердце уже сделало его за меня.

Маша

После той речи Марка на новоселье что-то во мне пошатнулось. Я ждала манипуляций, давления, попыток вызвать жалость. Вместо этого я получила уважение и признание моей силы. Это было как удар ниже пояса. Теперь, глядя на него, я видела не того, кто должен заслуживать прощение, а равного, который прошел через свои испытания и выстоял.