Книга После развода. Шанс вне расписания, страница 14 – Марьяна Карпова

Положив трубку, он подошёл к сейфу, встроенному в стену. Открыл. Там, среди важных документов, лежал тот самый эскизный альбом Вероники. Он вынул его, положил на стол, но не открыл, а просто смотрел на потрёпанную обложку.

Он не позволит «приятному» разговору с каким-то архитектором разрушить то, что он начал отстраивать, но он и не будет действовать как ревнивый подросток. Это ниже его достоинства и её тоже.

Его следующий шаг должен быть не атакой на соперника, а укреплением своих позиций. Артём должен стать для Вероники настолько незаменимым в профессиональном смысле, настолько прочной частью её новой, выстроенной с таким трудом реальности, чтобы любое «приятное» казалось ей просто… легкомысленным.

Он отправил короткое сообщение Максиму: «Завтра в девять утра мне нужна полная финансовая и репутационная справка на архитектурное бюро Дмитрия Соколова. Найди способ ненавязчиво внедрить в профессиональное сообщество информацию, что «ВероНика» ведёт эксклюзивный проект для «ВолкранТех». Это звучало самый значительный контракт сезона».

И ещё одно сообщение, уже Веронике, с рабочей почты: «Вероника Сергеевна, по поводу сланца. Возникла идея использовать его не в гардеробной, а для отделки одной стены в винном погребе. Он придаст необходимую аутентичность и прохладу. Если у вас нет возражений, прошу внести корректировку в эскизный проект. Также прилагаю список производителей кухонных гарнитуров в нужном стиле, с которыми у меня есть прямые контакты. Можете использовать».

Ни слова о ресторане. Ни намёка. Только деловой, конструктивный диалог, предлагающий решения и открывающий новые возможности для её работы. Он не отступал. Он занимал новые рубежи. В этом был его ответ и на её броню, и на её «приятный» ужин.

Работа закипела. Проект «Память света» перешёл из концепции в стадию чертежей, спецификаций и бесконечных согласований. Артём, как и обещал, стал идеальным клиентом. Он отвечал на письма в течение часа, утверждал предложения без проволочек, его комментарии были по делу и взвешены. Однако каждое его решение, каждая подсказка поставщика — всё это было так выверено, так попадало в самую суть её замысла, что это начинало пугать. Он не просто соглашался, он понимал, проникал в самую глубину замысла и… её чувств.

Винный погреб, та самая идея со сланцем, стала следующим пунктом неминуемого столкновения, потом что при всём понимании, видение у каждого было своё.

Цокольный этаж с низкими сводами уже был готов. Стены из грубого обожжённого кирпича, прохладный, насыщенный уловимым запахом земли воздух. Здесь царила другая атмосфера — не светлая лёгкость «Памяти света», а глубокая, почти монастырская сдержанность, граничащая с аскетизмом.

Вероника приехала на объект с новыми чертежами освещения для витрин. Артём был уже там, один, изучая план расстановки стеллажей из темного дуба. Он стоял под сводом, и слабое светодиодное освещение выхватывало из полумрака его профиль — сосредоточенный, отрешенный.

— Я добавила скрытую динамическую подсветку для каждой ниши, — начала она без предисловий, раскладывая план на импровизированном столе из деревянного поддона. — Акцент не на бутылках, а на пространстве. Свет будет мягко струиться по кирпичу и сланцу, подчеркивая фактуру.