Книга Измена - дело семейное, страница 27 – Аника Зарян

— Вы не могли бы потише? – недовольно шикает на них материализовавшийся будто из ниоткуда администратор. – Мешаете!

— Да, конечно. – Олег хлопает его по плечу, сует ему в руки несколько купюр. – Мы сейчас уйдем.

— Не уйду! – кричит Лёша, отталкивая мать. – Не уйду я с вами никуда! Предатели! Ненавижу!

Не понимаю, почему мальчик так себя ведет. Поднимаюсь на ноги.

— Олег, что с ним? – тихо спрашиваю у мужа. – Что произошло?

— Олег, помоги мне, пожалуйста, – параллельно со мной произносит Марина.

Мы схлестываемся взглядами. И обе, не сговариваясь, переводим их на Олега.

На какую-то крошечную долю секунды мне становится его жалко. Смотреть на мужа невыносимо: стоит, устало, в двух шагах, и по нему видно – он готов отдать всё, лишь бы отмотать время назад.

Он не отвечает мне.

— Парень, не глупи, – обращается сразу к ребенку. – Достаточно ты всех уже напугал. Давай, Лёш, не дурить, собирайся, поедем домой, там обо все поговорим.

Раньше Алёше было достаточно одного слова дяди, чтобы сделать так, как тот сказал. А сейчас мальчик смотрит на меня с безумной тоской:

— Теть Наташ, я не хочу с ней. Она меня обманула! Они все мне врали.

— Лёша! – Марина испуганно вскрикивает, закрывая рот ладонью.

От меня не укрывается, как она скользит взглядом по Олегу, и как тот резко выдыхает.

— Ну-у... – тяну с ответом, пытаясь понять, что за хрень здесь творится. – Хочешь, поедем ко мне?

— А можно?

— Нет! – рычит Марина.

— Лёш, лучше езжай с мамой домой. – голос Олега звучит обманчиво спокойно. Но я слишком долго и слишком хорошо его знаю, чтобы обмануться этой игрой.

— Конечно, можно.

Ребенок кивает. Не смотрит ни на Марину, которая тихо плачет, ни на Олега, на которого всегда равнялся.

Протягиваю ему руку. Он тут же хватается за мою ладонь.

— Тогда поехали.

— Я вас отвезу, – тут же говорит Олег. Слышу короткий всхлип Марины. Олег даже не смотрит на неё.

— Я не хочу!

— Так будет лучше, милый. – веду его к выходу. Больше он со мной не спорит.

Не хочу садиться рядом с Олегом – вместе с Лешей забираюсь на задний ряд. Он утыкается виском в обивку дивана и всю дорогу не шевелится.

Все десять минут до дома едем молча. Я жду, что Олег нас высадит и уедет, но нет.

Втроем выходим из машины.

Втроем заходим в лифт и поднимаемся до нашего этажа.

Втроем стоим у закрытой двери нашей квартиры.

Достаю ключи из кармана, открываю. Пропускаю ребенка вперед, а сама многозначительно смотрю на Олега.

Когда молчание затягивается, не выдерживаю:

— Всё, можешь уходить. – мотаю головой в сторону чемоданов, которые всё еще подпирают стену. – И вещи свои забери, стыдно перед людьми.

— Ну, нет, Наташ, – отвечает он решительно. – Никуда я уходить не собираюсь. А вещи, так уж быть, уберу, чтобы не смущать соседей.

Берет за ручку один чемодан и, отодвинув меня свободной рукой, заносит его в прихожую.

Возвращается за вторым.

Замираю, не веря своим глазам.

— Олег, я не шучу.

— Я тоже не шучу.

В его голосе нет ни одной стальной ноты. Усталость есть, решительность есть. И, кажется, есть наивная вера в то, что таким образом он сможет чего-то добиться.

— Наташ, ну куда я пойду в это время? Ну что ты, как не родная?
Смешно.

Но нет сил ругаться.

— Ты знаешь, где диван. – говорю, не глядя на него.

Стелю Лёше на тахте в комнате Вероники, сама иду в спальню и закрываю изнутри на замок. Пусть спит. А утром уже выгоню его на свежую голову.