Книга Измена - дело семейное, страница 25 – Аника Зарян

Пропущенный звонок от Вадима.

От Олега – ничего.

— Господи.

Непонимающе морщусь. Забыл написать? Вряд ли. Значит, ребенок все еще не вернулся домой.

Сердце сжимается в предчувствии чего-то плохого.

Загоняю вглубь гордость и первая пишу Олегу:

«Нашли ребенка?»

«Нет» – приходит почти сразу. И следом: «Он не у отца».

Как же так?

Чувствую, как на меня начинает накатывать волна тревоги, отбросив в сторону все мои обиды и боль. Всё, что происходит сейчас между нами, мгновенно меркнет перед лицом возможной беды. Не даю тревоге разогнаться. Паника сейчас – непозволительная роскошь. Нужно действовать. Но с чего начать?

Привыкший анализировать, мозг начинает перебирать варианты, подкидывая один за другим вопросы: почему Алёша убежал? Лера была уверена, что ни он, ни Вероника не могли расслышать причину ссоры в коттедже. Где он может быть? Ребенок, который настолько перегружен внеклассными кружками, что не успевает гулять и даже не возмущается по этому поводу, несмотря на возраст. И мог ли он хоть кому-то сообщить о своем намерении, перед тем, как исчезнуть?

И тут меня словно осеняет. Дети всегда знают друг о друге больше, чем кажется взрослым.

Не откладывая на утро, тут же иду в спальню Вероники. Они с Алёшей очень дружны. Захожу тихо, без стука. Вероника не спит. Она сидит на кровати, уткнувшись в телефон. Заметив меня, выпрямляет спину.

— Мам? – мограет часто-часто. – Ты почему не спишь?

— Ник, нам надо поговорить, – опускаюсь на край кровати. Замечаю, как дочь напрягает пальцы рук, удерживающие телефон. – Ты знаешь, где Алёша?

Не отвечает, быстро-быстро качает головой.

— Милая, сейчас не время хранить секреты. Он ребенок. И он не дома в такое время. С ним может случиться что угодно. Если ты знаешь, но по его просьбе молчишь...

— Я не знаю ничего. – упрямо поджимает губы. И мои последние сомнения развеиваются. Дочь точно что-то знает.

— Вероника. Это очень серьезно. Его могут обидеть. Сейчас не время для детских игр в молчанку.

— Его будут сильно ругать. – шепчет тихо, потупив взгляд.

— Нет, милая. Его не будут ругать. Мы просто хотим, чтобы он был в безопасности, понимаешь?

Она осторожно кивает.

— Ты же его лучшая подруга? Если что-то знаешь, не молчи.

Беру дочь за руку. Пальцы у неё холодные, ладони влажные. Нервничает.

— Он написал мне, что больше никто его не увидит. И что он сам никого не хочет видеть. Я пыталась ему дозвониться, но он сбрасывал. А сейчас и на сообщения не отвечает.

— Боже, – не верю тому, что слышу. – Он не сказал, почему?

— Нет.

— Ник, где он может быть? Куда мог пойти?

— Мне кажется, он в компьютерном клубе «C***» рядом с нашей библиотекой.

— В такое время?

— Лёха говорил, что он круглосуточный. Еще он рассказывал, что в классе пацан часто там бывает, играет. Его тоже звал, но Лёху не пускали. Но он очень хотел.

Пока она говорит, я вбиваю в телефоне название клуба и из длинного списка нахожу тот, что рядом с библиотекой, минутах в десяти от нашего дома.

— Этот?

Я знаю эту сеть игровых – не замечены ни в скандалах, ни в криминальных хрониках – и очень хочу верить, что ребенок окажется там целым и невредимым.

— Ага, – кивает.

— Спасибо, милая.

Целую дочь в макушку и выхожу, по пути отправляя Олегу сообщение с геолокацией клуба. Сама тоже заказываю такси и выхожу из квартиры.