Книга Измена - дело семейное, страница 54 – Аника Зарян

Орудую венчиком так старательно, будто от этого зависит всё. Почему-то мне становится жизненно важно, чтобы этот чертов соус не пригорел. Чтобы он получился идеальным – гладким, в меру густым, в меру пряным. Чтобы хоть он... Потому что всё остальное в моей жизни сбилось с курса и мчится в пропасть.

— Вадим, я не могу уехать, я нужна сейчас дочкам.

— Это всего две ночи. Лера, что, с сестрой не посидит?

Чувствую на плече легкое прикосновение. Оборачиваюсь – Лера. Снова собранная. Проснулась. Убрала волосы в пучок, переоделась. Стоит тут.

Улыбается мне.

— Посидит, – отвечает Вадиму вместо меня.

— Лер... – смотрю на неё, прищурившись. В кого она такая?

— Мам, ну серьезно. Ты сама меня всегда учила, что нельзя бросать дело на середине. – смахивает с моих век капельки слёз. – Мы в порядке будем, правда. Это же всего две ночи.

— Вот! – раздается из телефона. – Послушай умного человека!

Слушаю. Смотрю. Любуюсь.

Мы с дочкой ведем молчаливый диалог. И её строгий упрямый взгляд так же молча отрезает все мои возражения, все мои аргументы.

— Мы справимся. Я что, зря отпрашивалась в больнице?

Капитулирую.

— Ладно, – выдыхаю, уголки губ сами собой ползут вверх. Втягиваю носом воздух. Морщусь. – Черт!
Пригорел!

— Иди, собирайся, мам, я тут всё доделаю.

Мягко, но настойчиво вынимает у меня из рук венчик, отодвигает меня от плиты. Её взгляд говорит сам за себя.

Я вытираю ладони о полотенце, висящее на ручке духовки, и ещё секунду смотрю на дочь, которая уже убрала сотейник с огня и идет к холодильнику. Она кажется взрослее, чем была час назад. Или мне просто так нужно думать, чтобы отпустить. В узком коридоре сталкиваюсь с Вероникой.

— Ты что, уезжаешь? – вероятно, услышала.

— Да, котенок. Ты же помнишь, у меня конференция.

— Ты туда с папой собиралась, – бросает громко, с упрёком.

— Да, собиралась.

Мы с Олегом специально всё спланировали так, чтобы провести время вдвоем. Но этот поезд тоже ушёл.

— Ник... – делаю шаг навстречу дочери.

Она синхронно отступает. Разворачивается, бежит в свою комнату, громко хлопает дверью.

— Мам, не бери в голову даже. – Кричит из кухни Лера. – Я с ней поговорю.

Малодушно соглашаюсь.

Когда приезжает Вадим, я уже успеваю переодеться из домашнего шелкового костюма в джинсы и простую футболку, наскоро собрать сумку с ноутбуком и документами. В небольшом чемоданчике у входной двери – костюм-двойка для выступления, белая блузка, удобные лодочки на небольшом каблуке, туалетные принадлежности, зарядки.

— Поужинаешь с нами? – впускаю друга, здороваемся привычно – касаемся щеками.

— Не откажусь, – Вадим проходит вперед. – Свой ужин я так и не успел приготовить.

Лера накрывает на стол. Вероника, привлеченная запахом еды и голосами, нехотя выходит из комнаты. Видит Вадима на кухне. Замечает чемодан, сумку у входа. Смотрит на меня исподлобья.

Плюхается на стул, что-то недовольно бормочет, но ест. И это уже победа.

После ужина мы с Вадимом садимся смотреть другие билеты. Лера уводит Веронику, давая нам пространство.

— На «Сапсан» уже ничего нет, – констатирует он, листая экран телефона. – Пулково снова закрыто.

— А этот? – показываю пальцем на ночной поезд с одним свободным местом в сидячем вагоне.

— А это я тебе не дам купить. Всю ночь, сидя, Наташ? Нет уж.