Книга Почему ты молчала?, страница 31 – Анна Шнайдер

Так что новую коллегу Яков встречал с настороженностью — мало ли, вдруг будет такая же мстительная скандалистка? И непроизвольно расплылся в улыбке, когда Полина зашла в редакцию.

У неё были пушистые волосы пшеничного оттенка, чуть ниже лопаток, — которые она обычно носила распущенными или стягивала в простой хвост. Очень светлая кожа, на щеках и носу россыпь милых веснушек, аккуратный нос пуговкой, красивая форма губ, которые она никогда не красила. И в целом лицо у Полины были настолько доброе и открытое, что, глядя на неё, сразу понималось — она очень хороший человек.

За четыре года работы рядом со Свешниковой Яков не помнил ни одного случая, когда Полина бы совершила что-то неоднозначное, грубила или злилась. Да она даже обижалась как-то по-детски — он каждый раз умилялся, когда Полина выходила с совещаний, надув губы и беспомощно моргая, и тут же, смеясь, тащил её к автомату — отпаивать кофе и откармливать шоколадками.

Грешные мысли порой мелькали, да. Особенно когда Полина что-нибудь ела при нём, облизывая свои прекрасные губы, — почти невозможно было удержаться от фантазий. Но Яков легко гасил их, да и всерьёз никогда не воспринимал: Полина замужем, он женат, они коллеги и друзья — и всё. Ни к чему усложнять.

Хотя, когда Яков увидел её мужа, здорово разочаровался. И каждый раз, когда Полина говорила о супруге, Нестеров изо всех сил сдерживался, чтобы не высказаться ясно и чётко: Поля, он тебя не заслуживает.

Ага, а ты-то сам её заслуживаешь, придурок?

Яков усмехнулся и покачал головой.

Яков

Теперь он понимал: чувства, находившиеся в зачаточном состоянии, подавленные силой воли, закрытые наглухо, раскрылись почти целиком той ночью. Он отпустил себя, позволил себе то, о чём втайне мечтал, и если поначалу в Якове ещё клокотало раздражение по отношению к жене, то потом оно полностью исчезло. И он был лишь с Полиной — мысли о жене его не тревожили.

Более того, благодаря Поле он тогда и принял решение развестись. Чёткое, понятное и логичное решение. Он осознал, что не нужен ему никакой второй шанс, не хочет он оставаться с женщиной, которая два года делала из него рогатого новогоднего оленя. И как только Яков это понял, ему резко стало легче, как будто он наконец перестал рваться на части.

А Ксеня взяла — и разорвала его вновь, сообщив о своей беременности. И угораздило же пообещать, что если ребёнок будет его, то он постарается сохранить семью! Какой бес на ухо нашептал этот бред? Надо было сказать, что дети детьми, но их с Ксеней пути разошлись, и уходить к Полине. А он…

Самая большая ошибка в его жизни. Ошибка, из-за которой он обрёк себя на безрадостное, бесцельное существование, отчаяние и уныние. Ошибка, которая превратила его из честного мужчины в мерзавца, чья крепкая семья существует лишь на бумаге.

Всё было плохо с самого начала. Оксана ворчала, что вновь придётся запустить учёбу, — хотя Яков сомневался, что её действительно волновала учёба, а не парень, с которым она встречалась, — капризничала и бесконечно обижалась на всё подряд. Нестеров понимал: это гормональное, тем более что беременность была тяжёлой, поэтому старался не отвечать на многочисленные подколки и игнорировать надутые губы, но как же всё раздражало!

Он даже испытал облегчение, когда Ксене почти сразу запретили заниматься сексом, — после Полины Якову было сложно даже просто ложиться с женой в одну постель, не говоря уже о большем. Абсурд — ведь, на самом деле, он Оксане изменил, а не Полине, — но вот такой выверт был у его подсознания. Никак оно не желало смиряться с тем, что Яков вернулся к жене, его постоянно тянуло к Поле.