Книга Почему ты молчала?, страница 83 – Анна Шнайдер

Честно, я никогда не видела у неё такого взгляда. Ни разу в жизни! Заметив его, я аж оторопела, не ожидая подобного эффекта за столь недолгое время.

Час! Он провёл с ней всего лишь час! Но как так получилось, что по прошествии этого часа Иришка смотрела на Якова как на чудо, которое боишься тронуть, даже дышать на него боишься — вдруг от неосторожного дыхания оно исчезнет?

Дочь выглядела заворожённой. Она изучала каждый его жест, каждое движение, встречала собственной улыбкой каждую его улыбку, и мне подумалось, что, если бы у Иришки была возможность никуда не отпускать Якова, она бы воспользовалась ею с удовольствием и искренней радостью.

Я не представляла, как Яков это сделал, но была рада, что дочь не сердится хотя бы на него. Пусть и чувствовала неясную ревность — всё-таки именно я воспитывала её семь лет, однако подобного влюблённого взгляда родная мать не удостаивалась. А Яков пришёл, причём даже без подарка, и Иришка поплыла. Что за несправедливость!

— Я приеду в пятницу, — неожиданно сказал Яков, причём не мне, а Иришке, присев рядом с ней на корточки. — Если вдруг не получится из-за работы или других дел, я напишу твоей маме.

— Хорошо, — кивнула дочь, и я подавила желание заворчать: «Эй, а меня спросить не надо?»

Не при Иришке. Выскажу всё потом Якову позже. Он мне, конечно, помог, но всё-таки свои визиты надо согласовывать сначала со мной, а потом уж с Иришкой. Никак не наоборот.

Вежливо простившись и с моей мамой, и со мной — причём мне достался настолько многозначительный взгляд, что я даже не сомневалась: это ещё не конец, — Яков покинул нашу квартиру, и мы вновь остались втроём.

Удивительно, но я тут же ощутила себя какой-то потерянной. Будто, шагнув за порог, Яков унёс с собой часть моей уверенности.

— Ириш, — кашлянула я, собираясь спросить, как прошла её первая встреча с отцом, — но вместо этого брякнула совсем отвлечённое: — Будешь чай?

Она кивнула, мыслями явно пребывая где-то не здесь.

Полина

В конце сегодняшнего дня меня, наверное, будет тошнить от чая. Которая по счёту была нынешняя чашка, я не знала, но всё-таки налила и себе, усевшись на кухне в компании с мамой и Иришкой.

Дочь, как будто проголодавшаяся за то время, что беседовала с Яковом, тут же потянулась к вазочке с шоколадными конфетами и с удовольствием утащила одну, развернула и засунула в рот целиком, удовлетворённо зажмурившись.

— Вижу, знакомство прошло успешно, — улыбнулась мама, отгораживаясь ладонью в ответ на моё предложение налить ей чаю. — Спасибо, Поль, но я больше не могу.

Иришка кивнула, дожевала конфету и призналась:

— Он классный. Жаль, что мы познакомились только сейчас, — она бросила на меня укоризненный взгляд, и я уже открыла рот, чтобы вновь объясниться, как Иришка продолжила, качнув головой: — Не надо, мам. Просто… не делай так больше.

— Не буду, — пообещала я и осторожно поинтересовалась: — А о чём вы говорили?

Больше всего меня беспокоило, не сказал ли Яков Иришке, что она ходит в один класс с его сыном. Мне бы не хотелось пока её тревожить ещё и этой новостью. Хотя если Яков будет возить Пашу в школу, дочь быстро во всём разберётся, однажды увидев своего отца рядом с одноклассником.

— Ну так, по мелочи, — Иришка неожиданно лукаво улыбнулась. — Большей частью папа рассказывал, как так получилось, что ты решила ничего ему не говорить. Тебя, в общем, оправдывал.