Книга Ворона в гареме. Книга 1, страница 38 – Коуко Сиракава

Он хочет сказать, что на проступок юноши закроют глаза? И то правда, нельзя же убить такого важного свидетеля.

— Но ведь, – проговорил Гуохао, – я рассказал о том, что слышал, не для того, чтобы вымолить прощение. Я не прошу, чтобы вы закрывали глаза…

Он говорил все более возбужденно. «Какой богатый на чувства человек», – не к месту подумала Шоусюэ. Ей даже стало завидно: именно поэтому он пошел на все это. Ради Сяо Цуй…

— Я же сказал: я вернул долг госпоже Бань. Ты его часть, – сухо проговорил Гаоцзюнь. – Однако это не вернет ей жизнь.

Говорил он бесстрастно, но в словах звучала безграничная печаль. Гуохао, видимо, тоже ее почувствовал, поэтому замолчал.

— К тому же мне было бы жаль потерять из-за такой мелочи способного чиновника. Хорошо бы еще обнаружить яд, которым они тайно владеют.

Гаоцзюнь посмотрел на Вэй Циня. Тот покачал головой:

— По сообщениям шпионов, ни в книгохранилище, ни в управлении дворцовых дел ядов не найдено.

Видимо, в этой области дознание уже закончено…

— У них даже не было возможности достать ядовитые снадобья.

Поскольку заговорщики сами знали, что находятся под пристальным вниманием соглядатаев, у них не было случая получить от кого-то отраву или оружие.

— Но раз они говорили об отравлении, то значит, яд как-то добыли. Хотелось бы получить доказательства до того, как их схватят. Можно, конечно, заставить их рассказать о том, где они заполучили снадобье, после задержания. Но если у них есть неизвестный нам помощник, доказательства за это время уничтожат.

Вряд ли они спрячут важные орудия убийства там, где их не достать… Гаоцзюнь задумался. Даже если они сделают это втайне от соглядатаев, подобных мест не так много. Нет также и следов того, что они сносились с помощниками.

Пока Гаоцзюнь и Вэй Цин обсуждали это, Шоусюэ размышляла. Что-то не давало ей покоя и звенело звоночком в голове… Книгохранилище… прислужница из архивного управления… евнух… Что же это было? Может быть, то, что она услышала совсем недавно?

— Прислужница из архивного управления… Евнух… – пробормотала она, пытаясь вспомнить.

Что-то вертелось в голове про прислужницу из архивного управления…

— Ага! – Она невольно вскрикнула, и Гаоцзюнь посмотрел на нее.

— В чем дело? – спросил он, но Шоусюэ, не отвечая, обернулась на Цзюцзю, которая держалась позади.

— Цзюцзю, до тебя ведь домогалась вредная девица из архивного управления?

— Что? А, ну да, – от неожиданности девушка растерялась, но кивнула, – было такое.

— Она тоже новенькая, как и ты?

— Да.

— Вот как?

— Вы о чем? – Гаоцзюнь насторожился.

Цзюцзю под его взглядом покраснела.

— Просто моя знакомая дама принадлежит архивному управлению. Она обменивается посланиями с евнухом из Фэйянь-гун… ой, она же запретила мне говорить об этом!

Цзюцзю в панике прикрыла рот рукой. Дамы принадлежат императору, так что открыто говорить об их любовных отношениях с евнухами не полагалось. Пусть в действительности на это и закрывали глаза.

А ведь она, наверное, запретила Цзюцзю рассказывать о своей связи вовсе не по этой причине!

— Она, кажется, говорила, что не сама обменивается посланиями, – напомнила Шоусюэ, и Цзюцзю кивнула. – Она передавала письма по чьему-то поручению. Если эта прислужница бегает с записочками, значит, ее попросила об этом дама более высокого ранга. И наверняка она получила что-то взамен.